Ещё почти час ушёл на силовые упражнения со свободным весом и тренажёры, где доктор старательно записывала все достигнутые показатели.
Я намеренно не выкладывался на полную. Ни к чему раскрывать все свои возможности. Особенно при наличии крота в организации. Поэтому выдавал где-то 65–75% усилий.
— Душ через одну дверь налево, — под конец заметила Ксения.
— Покажете? Не хочу заблудиться. Заодно и спинку потрёте.
Мне нравилось её дразнить, чего уж там. Слишком забавно она краснела. Да и вообще теряла свой ледяной фасад.
— Вы… вы невоспитанный и…
— И? — приблизившись на шаг, уточнил я.
Некрасова сжала кулачки, но назад не отошла.
— Бескультурный… — уже тише продолжила она.
— Да-да? — я вторгся в её личное пространство и почувствовал цветочный аромат духов.
Тёмные глаза девушки заметались, ища путь к отступлению.
— Вульгарный…
— Даже так?
Она приоткрыла губы, дыша учащённо.
Я положил руку на стену, совсем рядом с её лицом.
Громко хлопнула дверь.
— Не отвлекаю? — шершавый, как наждак, голос Дербенко нарушил идиллию.
— Отвлекаешь, — не поворачиваясь, отозвался я. — Зайди через час.
Но момент уже был упущен. Некрасова вывернулась и, шурша халатом, скрылась за стеклянной перегородкой.
— Шустрый ты малый, — глухо произнёс капитан, что звучало несколько иронично, учитывая нашу разницу в росте.
— Что дальше в программе? — спросил я. — Прыжки с парашютом? Скачки?
— Рад, что ты спросил, — криво улыбнулся Кречет. — Сейчас будет спарринг. Нам приказано вытряхнуть из тебя душу.
Я улыбнулся.
— Вы уж когда вытряхнете, только обратно засуньте обязательно? А то, что я буду делать с незаправленной душой? Не по уставу это.
Не знаю, что на меня нашло. В последние два дня сарказм и подколки так и лезли наружу.
До того, как потерял всех своих друзей и любимую в войне с Драэгаматом, я охотно шутил и рад был услышать ехидный комментарий в ответ. Особенно ими славился Аларик. И вот теперь, после того как спас сестру и призвал к ответу Ахмеда, вновь начал возвращаться к давно забытому состоянию. Может быть, скорбь начала разжимать свои тиски. Может быть, я начал постепенно исцеляться.
Во всяком случае после смерти Седонии и до сегодняшнего дня ни одна женщина не вызвала у меня какого-либо интереса. А ледяной королеве, оказавшейся совсем не ледяной, удалось привлечь моё внимание. Надеюсь, эльфийка не будет держать на меня зла на том свете.
— Давай-давай, молоти языком, — кивнул Кречет.
Зал, где проходили учебные поединки, покрывали спортивные татами. Кроме отряда капитана, столпились там и остальные обитатели части, не занятые по службе. Всего больше трёх десятков человек. Наособицу держался связист Снежков. Никифор общался с каким-то седым офицером. Увидев меня, полковник извинился и подошёл.