Бум! Бум! Бум! Уж не знаю, что именно мужики на этот раз тащили, но, по-моему, пару раз успели уронить.

— Вашу мать, криволапые сукины дети! — Я прислушался. Не знал, что Сперанский способен так ругаться. Вообще, не думал, что он знает такие слова. — Николай Иванович, они на вас ничего не уронили?

— Нет, Михаил Михайлович, уберёг Господь, — ответил ему незнакомый голос.

— А мне, кажется, ногу сломали, — пробасил ещё один голос. — Что тут творится?

— Вещи его величества в другое крыло перетаскивают, — ответил ему Сперанский. — И не преувеличивайте, Николай Петрович, ваши ноги совсем не пострадали. В сторону ваших ног ничего не двигали. Вот на Николая Николаевича трюмо едва не уронили. А он из-под него вылезти бы не смог, только разве что прямиком на погост.

— Как интересно, — проговорил я, глядя на Макарова, кусающего губя, чтобы не заржать.

— Чрезвычайно интересно и, самое главное, познавательно. Я что-то запамятовал, ваше величество, в вашей спальне ещё остались вещи, способные прибить собой Николая Николаевича? — проговорил он, не глядя при этом на меня.

— Вы правы, Александр Семёнович, работать в таких условиях невозможно, — я покачал головой. — Давайте кратенько, как в посольствах, встретили приказ о расформировании Тайной экспедиции?

— Открыли шампанское, ваше величество. — Чопорно ответил Макаров, мгновенно включившись в работу и перестав обращать внимание на шум. — К ним присоединились гости, вот списки, — и он протянул листы, где были указаны посольства каких стран принимали каких гостей. Пробежавшись глазами по спискам, я отложил их в сторону. Ну что же, не только английское посольство мечтало избавиться от такого неудобного императора, как Павел Петрович. Почти все гости были из заговорщиков, чьи имена я уже почти наизусть выучил.

— Знаете, Александр Семёнович, есть во всём этом странная ирония, — проговорил я задумчиво. — Почти все страны этих посольств терпеть не могут друг друга. Более того, чуть только сосед покажет слабину, они вцепятся в него всей сворой. А здесь такая удивительная солидарность. Вам не кажется это странным?

— Нет, не кажется, — Макаров покачал головой. — Судя по тому, что становится мне известно, это закономерный процесс.

— Возможно, — я провёл пальцами по губам. — Про нашу драгоценную Ольгу Александровну что-нибудь известно?

— Плохих новостей нет, так что думаю, очень скоро она посетит родные пенаты. А может быть и не посетит, может быть, сразу же к другому очагу направится. Тут всё от вашего величества будет зависеть. — Ответил Макаров.