Ответ на этот вопрос Ахмек узнал через пару часов, когда все прибывшие отряды из провинций соединились с войсками гарнизона. Дикари шли очень быстро, и военные отряды царства Аксум просто не успевали так быстро собраться, о чём бывшему великому визирю и доложил её глава. Звали его Батек-наму.

— Сколько у нас воинов, Батек?

— У нас много воинов, о великий! Две тысячи пехотинцев, пятьсот всадников и почти столько же лучников, с такими силами мы разобьём кого угодно!

— Угу, у нас большая армия, но где они все? Сколько у нас есть воинов именно здесь?

— Три сотни дромадариев, две сотни лучников и пятьсот воинов пехоты. Больше мы не успели собрать, враг движется стремительно.

— А сколько их?

— Никто не знает, мой царь. Кто-то говорит, что их тьма, а кто-то — что они потому и спешат, что их мало.

— Где они?

— В одном дневном переходе от нас.

— Почему им удаётся идти так быстро?

— Они нигде не задерживаются, даже на полдня. Пришли, выбили гарнизон, забрали продукты, что нашли, и двигаются дальше. Мы и узнали об этом только благодаря нашей эстафетной разведке и твоей мудрости и предусмотрительности, о Великий!

— Ясно, я так и думал. Мы должны принять бой перед городом, у нас есть преимущество в воинах и их умениях. Наши копейщики хорошо обучены, а лучники могут соперничать даже с Кушем.

— То так, но мы не знаем, что может нам противопоставить этот Егэр, — сказал Батек.

— У него много всадников и, возможно, лучников, но пехота его слаба и плохо вооружена. Откуда ему взять кожаные панцири и щиты на всю пехоту? А у нас они есть.

— Да, мой повелитель. Ты как всегда прав.

— То есть, ты уверен в победе?

— Полностью, мой повелитель!

— Но ты же понимаешь, что цена поражения велика и нас не оставят в живых?

Батек задумался, но ненадолго.

— Мой повелитель, мы легко разобьём их, я ручаюсь своей головой, а чтобы у нас оказалось больше возможностей, то можно созвать ополчение из горожан и людей с окрестных сёл и пригорода, они понимают, что в случае поражения их участь будет не лучше нашей. Их ждёт разорение, а возможно, что и гибель.

— Хорошо, займись этим. Вечером я проверяю готовность всего войска, возможно, что нам предстоит сражение уже утром. Подними часть лучников на стены, чтобы они могли стрелять с них по врагу, а мы займём позиции в прямой видимости от города. Так мы воспользуемся своим преимуществом и заставим дикарей отступить от стен.

— Да, мой повелитель, ты, как всегда, мудр!

Если бы Ахмек являлся римлянином, он, наверное, сам себе сказал: «Аве!» Но латинский язык он не знал, а потому просто принял лесть, как само собой разумеющееся, и отпустил военачальника.