Спуск прошёл на удивление удачно: ни одна скоба не вывалилась, даже под Лёвиным весом. Страховочная система осталась невостребованной.

Первым спускался Лёва, что логично — это ведь в его задачу входил сбор данных для расчётов.

Внизу, как они и предполагали, валялись остатки фильтра-решётки и другой мусор: непонятно как оказавшиеся здесь ветки деревьев, листья и скелеты птиц. Никакого следа пребывания людей видно не было, что ребят, конечно же, обрадовало: похоже, этим доступом никто не пользовался с момента консервации строительства.

От коллектора у основания шахты вело пять проходов. Сверившись со схемой, ребята направились в центральный, самый крупный. Он должен был вывести их в камеру, где должна была быть смонтирована первая группа датчиков.

До камеры добрались благополучно. Тут даже обнаружилась часть оборудования: огромные шкафы так и стояли, обмотанные чёрной плёнкой и оббитые досками, которые успели наполовину сгнить.

Сделав необходимые измерения, Лёва направился в сторону главного тоннеля. И здесь обнаружилось первое свидетельство других посещений.

Справа от выхода из камеры, метрах в двадцати, на вогнутой стене тоннеля были изображены купола, напоминающий церковные, только без крестов. А ниже шла надпись: «Бойся Блуждающего Храма».

Рисунок был сделан копотью, видимо, с помощью какого-то импровизированного факела.

В тот момент ребята не придали ему какого-то особого значения. Знаки Блуждающей Церкви периодически встречались по всему Подмосковью, и чьи-то странные приколы не было новостью.

Сделав необходимые замеры, ребята отправились обратно. Подъём вышел долгим и трудным, что не удивительно, учитывая комплекцию Лёвы. На поверхности они оказались уже затемно. И это было проблемой: в потёмках не так просто пробираться через кусты. Они никак не могли найти дорогу к тому просёлку, на котором оставили автомобиль. В то время они ездили на «Патриоте». И навигатор был бесполезен — они не засекли координаты до выхода. Это казалось совершенно излишней предосторожностью.

Лёва непрерывно давил на брелок сигнализации, надеясь, что удастся заметить мигание габаритов. Для этого они выключили фонарики.

Наконец, после бесцельных блужданий вокруг кирпичной вентиляционной коробки, которая вдруг стала казаться зловеще-тёмной, Лиса заметила что-то вроде оранжевого отблеска, глубоко в лесу.

— Стоп! — сказала она, фиксируя направление.

— Что такое? — спросил Лёва.

— Т-с-с-с! — прошипела Лиса в ответ.

Она нащупала Лёвину руку и взяла брелок. Несколько раз нажала на клавишу разблокировки. Отблески так и не появились, равно как и сигнала. Зато, прислушиваясь, она уловила нечто другое, отчего холодок пробежал вдоль позвоночника.