Говорят, после войн и разборок средневековья и инквизиции, в Ночном Клане осталось совсем немного адептов, которые могли бы похвастаться таким серьёзным возрастом.

— Здравствуйте, — Соня поздоровалась первой.

Патрик стоял у окна и любовался клонящимся к закату солнцем.

— Приветствую, — кивнул он и зарыл плотные металлические жалюзи. Внутри тут же зажегся мягкий искусственный свет, — располагайтесь.

Мы заняли мягкие кресла, расположенные у длинного и узкого стола, сделанного из какого-то тёмного дерева. На столе лежало несколько включенных планшетов, распечатки и выполненные от руки схемы. Создавалось впечатление, что комнату не убрали после предыдущего совещания. Но, скорее всего, такой антураж был продуманным, чтобы создать у нас рабочее настроение. Ночной клан — тонкие психологи.

— Благодарю, — кивнул я.

— Я думала вы не любите солнце, — заявила Соня раньше, чем я успел её остановить.

Однако Патрик с лёгкой улыбкой, спокойно принял эту бестактность.

— Ну да, — сказал он, — а в России по улицам ходят люди в компании медведей с балалайками и пьют водку. Стереотипы — сильная вещь.

— Великий Предок день определённо не любил, — заметил я.

— Это потому, что у него не было доступных средств защиты, — ответил Патрик, — и опыта жизни в этом мире. Ребят, мы в двадцать первом веке живем. Неужели вы думаете, что создать защиту от избыточного ультрафиолета — проблема?

— Мы, пожалуй, начали не с того, — примирительно сказал я, — готов признать, что мы слишком мало знаем и понимаем для того, чтобы выносить суждения.

Патрик неожиданно хихикнул. Но тут же осёкся и сказал:

— Извините. Правда, почему-то люди, даже лучшие из вас, когда общаются с нами, переходят на высокий штиль и стараются не говорить, а декламировать. Да забейте на это. Мы тоже люди. Да, живём очень долго, да, питаемся кровью. Но в остальном мы такие же. Психология почти не меняется после обращения, иначе в нём не было бы никакого смысла. Вчера вы как-то более свободно общались. Может, попросить пива принести снова? — он подмигнул.

— Вы тоже извините, — вздохнув, ответил я, — сложно чувствовать себя нормально в вашем присутствии. Даже нам. А вчера мы ещё на стрессе были. Такой драйв и кураж, когда чувствуешь себя живым.

— Присоединяюсь к извинениям! — Соня подняла руку.

— Ну вот, разобрались, — Патрик улыбнулся, продемонстрировав идеально ровные, белые зубы, — давайте перейдём к серьёзным вещам. Алая Ступень предупреждена — но на всякий случай повторяю: эти вещи имеют для нас очень большое значение. Мы добровольно раскрываем карты, рассчитывая на вашу помощь. Но помните, чего это нам всем может стоить.