Я вздохнул. Наёмника было жалко. Было в нём что-то такое… нет, не хорошее, конечно. Но правильное.

А ещё сильно не хватало Сергея. Жаль, что Ступень не смогла его перехватить. Он бы точно не дал себя убить, и всё бы сложилось совсем по-другому…

Удар был неожиданным. Ничто не предвещало: никаких шагов за окном, ни малейшего шума. Просто: «Бабах!» — и рама вместе с осколками залетает внутрь комнаты.

За окном стоит Предвечный, глядя на нас своими горящими буркалами. У его пояса стоит Пьер. Он испуган, но я замечаю злость в его глазах, когда он смотрит на меня.

Что ж. У него не было причин прятать нас…

Соня визжит. Предвечный словно нарочито медленно нагибается и просовывает внутрь комнаты свои ручищи с жёлтыми, когтистыми пальцами.

Мне настолько страшно, что страх перестаёт быть препятствием для действий. Я поднимаю пистолет и целюсь Предвечному в голову. Тот легко уворачивается. Как мне показалось, в его красном взгляде сквозит что-то вроде удивления.

Одна из пуль попадает в кондиционер и сбивает крышку фильтра.

И через мгновение Предвечный начинает орать. В воздухе несёт палёным мясом. Он отчаянно пытается закрыться крыльями — но их прожигает буквально насквозь свет ультрафиолетовой бактерицидной лампы.

Наверно, он сумел бы уйти. Даже наверняка — если бы я замешкался. Он почти выбрался из окна, когда я одним за другим выпустил ещё две пули в его голову.

В этот раз я попал. Это было не сложно — расстояние всего пара метров.

Голова будто взорвалась. Из шеи полилось что-то тёмное. Тело будто скукожилось, стало меньше. Предвечный упал на улицу и распластался на грязном бетоне.

Пьер смотрел на меня в ужасе, не сводя взгляда с моего пистолета. Я медленно поднял оружие. Прицелился ему в грудь.

— Скажи. У тебя есть дети? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно холоднее.

Тот закивал головой.

— Трое, — ответил он, — два мальчика и девочка.

— Благодари их, — сказал я, — а теперь пошёл с глаз!

Пьера будто ветром сдуло. Удивительно для человека его комплекции.

С телом Предвечного продолжались метаморфозы: он истончался, будто высыхал, и обугливался, хотя никакого огня я не замечал. В воздухе по-прежнему противно пахло горелым мясом и волосами.

— Он… мёртв? — Соня встала с постели и подошла ко мне.

— Не знаю, — честно признался я, — это сложное существо. Возможно, это просто очередной аватар. Как-то слишком легко прошло…

— Да… — согласилась напарница.

И тут я заметил какое-то движение на улице. Снова вскинул пистолет. «Такими темпами я стану похож на Сергея», — мысленно усмехнулся я. С каждым разом целиться в людей становилось всё легче.