Никлас прекрасно понимал, что в глазах участкового инспектора — как и в глазах ротмистра Бойцова недавно, смотрятся они сейчас компанией юных городских мажоров, которые словно на пикник приехали. Из всей группы более-менее возрастным и опытным только Горчаков выглядит, и то из-за трости и увечий — но он только-только подошел, обходя машину, так что на общий фон первого впечатления не повлиял.

Участковый инспектор между тем заметно покраснел, губы оказались поджаты в гримасе сдерживаемой злости. Не на прибывшую команду, а вообще на ситуацию, похоже; и еще похоже, что сейчас его эмоции с каждой секундой прибавляли градус. Никлас решил, что ситуацию нужно как можно скорее поворачивать в свою пользу, поэтому сходу взял быка за рога, представляясь и представляя остальных:

— Корнет граф Николай Бергер, командир опричной группы Бергера. Моя сестра леди Катрин, ведьма-ворожея петербургского Ковена. Леди Александра, баронесса фон Губер, ратник опричной группы. Андрей Горчаков, инспектор опричной группы, специальный агент Особой Экспедиции.

Имена, титулы и должности произвели на участкового инспектора должное впечатление. В его взгляде Никлас больше не видел злости от безнадежности, но смотрел Хорев на прибывших по-прежнему с самыми разными эмоциями. Никлас же продолжал.

— Основная часть группы еще в Петербурге, мы же прибыли сюда изначально не намереваясь афишировать истинные должности, а с целью рассмотреть назревающий конфликт американеров и язычников изнутри. И скажу так, что сегодня утром мы оказались несколько застигнуты врасплох случившимся, из гостиницы бегом выезжали, поэтому наш вид, сами понимаете…

Никлас сделал паузу, просто не став объяснять дальше. Видя реакцию Хорева, замолчал он с внутренним удовлетворением — от того, как получилось играя словами превратить чужой просчет в кажущийся почти идеальным тактический замысел. Главное теперь, чтобы все остальное так же хорошо получилось.

— Понимаю, — протянул Хорев. — Прошу простить, вашвысблагородия, сразу не понял, но вы уж…

— Понимаю, — в тон ему ответил Никлас. — Пойдемте, введете в курс дела.

Вошли в главное здание — двухэтажный бревенчатый сруб с узкими окнами-бойницами, поднялись на второй этаж, зашли в кабинет к инспектору. Здесь было ощутимо жарко — в высокой цилиндрической печи до потолка, встроенной в стену и отапливающей сразу несколько комнат, потрескивал живой огонь.

Никлас осмотрелся, удивляясь контрасту обстановки: дровяная печь, узкие окна-бойницы, бревенчатые не обшитые стены, два телефонных аппарата с кнопочным набором, при этом современная оргтехника с монитором, высвеченная белым светом светодиодной настольной лампы.