— Интересный случай, — покачал головой Бойцов, внимательно глядя на собеседника.

— Скажите, господин ротмистр… — все еще никак не мог свыкнуться с услышанным Никлас. — Я ведь получал назначение с участием, как вы говорите, весьма уважаемых людей, фамилии которых тоже не буду называть. Скажу только, что в названии этого ведомства есть слово «Особая», а еще есть слово «Экспедиция»…

Бойцов чуть наклонил голову и посмотрел на Никласа уже не скрывая явного интереса.

— И если меня сюда не на плаху отправили, что я могу допустить, но всерьез в это не верю, получается, что на уровне аж руководства Пограничными округами командование остается в неведении о происходящем? Я ведь, получая весьма подробный инструктаж, ни слова не услышал хотя бы намеком на то, что вы мне только что довели про глубину ситуации.

Бойцов невесело улыбнулся, покачал головой.

— Ох, корнет. Кто командует Ленинградским Пограничным округом?

— Обер-прокурор князь Александр Иванович Салтыков.

— Кто командует Северо-Западным Пограничным округом?

— Обер-прокурор Артем Михайлович Бюллер.

— Прекрасно. А теперь смотрите, пять отличий: буквы «ка», «эн», «я», «зэ» и «мягкий знак». Не поняли? — улыбнулся Бойцов, и вдруг широко расставил руки по столу. — Вот здесь, представьте, Москва, — постучал он левой ладонью, а после хлопнул по столешнице уже правой: — А вот здесь, тысяча триста километров от, отряд-застава «Сапеница». Начальник заставы докладывает мне, своему непосредственному командиру, что его люди выполняют задачи вопреки всем законам физики и логики. Я докладываю — об этом, среди прочего, бригадному адьютанту. Командир бригады идет на доклад к командующему пограничным округом…

По мере того как ротмистр Бойцов говорил, его широко расставленные руки сдвигались. Вернее, двигалась левая рука в сторону неподвижной правой, которой он изначально указал местонахождение Москвы.

— … и таким вот образом информация, пройдя по цепочке, в Москву доходит в том виде, что в Северо-Западном Пограничном округе все прекрасно, а Медвежьегорская бригада и вовсе образцовое соединение, краса и гордость Пограничной Стражи. А происходит так, господин корнет, потому что у командующего Ленинградским Пограничным округом есть пять букв, обозначающих титул, а у обер-прокурора А. М. Бюллера этих букв пока нет. И если у обер-прокурора А. М. Бюллера все будет плохо, этих букв у него никогда и не появится. Если же во вверенном ему волею Бога-и-Императора округе все будет прекрасно и образцово… понимаете, да?

— Теперь да.

— Отлично, я рад что не ошибся в вас, вы мне почти сразу с порога показались крайне сообразительным. На заставе сейчас находится милицейский участковый инспектор Сергей Хорев, он с нетерпением ждет вас завтра с утра, чтобы дела передать. Хорев довольно… своеобразный человек, можно сказать типичный служака, но человек неплохой, если общий язык с ним найдете. Теперь еще я объясню вам кое-что напоследок, сами ведь спрашивать все равно не станете. Откровенен я с вами сейчас не потому, что в небе ярко-красная комета взорвалась и на меня сия магнитная буря и триста грамм коньяка подействовали. Если вы здесь за залет, что бывает, просто поедете на заставу предупрежденным. Если же вы из московских мажоров, и сюда в баньку заехали чтобы не попадаться на глаза кому-то два месяца, то вы, если в здравии отсюда уедете, можете напрямую доложить отправившим вас сюда серьезным людям о настоящем положении дел здесь, на земле. У меня за последние полгода в отряде семь человек погибло, но не в этом основная трагедия. Трагедия в том, господин корнет, что я знаю кто в этом виноват, но сделать ничего не могу. А очень хочется. Знаете, чтобы как в сказках, когда добро побеждает зло.