Коль отдавал себе отчет, что в отличие от восточных немцев в западной Германии не происходило никакой денацификации. Миллионы немцев просто ждали реванша и ничего не забыли. И в России об этом также ведали. Провинциал в политике Горбачев по какой-то причине решил игнорировать интересы собственной страны. Советского руководителя интересовал лишь свой успех и власть. И вот итог. Больше всего Коля беспокоил тот факт, что в новом комитете есть военные. Он тут же потребовал на них досье и увиденное там вовсе не вдохновляло. Каким бы СССР не был, коммунистическим или демократическим, в первую очередь — это был враг Германии. Но пока экономике было выгодно, канцлер готов был петь дифирамбы Горбачеву и тем, кто придет вслед за ними.

Дверь приоткрылась и на пороге появился Ганс-Дитрих Геншер, вице-канцлер и министр иностранных дел, за ним потянулись Вольфганг Шойбле, один из его ближних друзей, и фактически правая рука и заодно министр внутренних дел. Это он опрометчиво заявил весной 1990 году по поводу объединения ФРГ и ГДР: «Дорогие друзья, речь идёт о вхождении ГДР в ФРГ, а не наоборот. Это не объединение двух равных государств».

Последней зашла «девочка Коля», новый министр по делам женщин и молодёжи Германии — Ангела Меркель. Геншер с недоумением посматривал на нее. Но выходец из бывшего ГДР был сейчас Гельмуту сейчас нужен.

— Дитрих, что сообщает наше посольство в Москве?

— На улицах спокойно, беспорядков не замечено. Заработало в полном формате телевидение. Но часть передач все-таки убрано из эфира.

Шойбле поинтересовался:

— Сообщают причины цензуры?

— Как раз цензуры нет. Закрыты абсолютно все политические передачи до конца действия ЧП.

Коль скривился:

— Удобно.

— Но есть сообщение похуже. Это передали нам американцы, — министра иностранных дел выложил несколько размытых фотографий, на которых были изображены людей в маскировочной форме.

— Что это?

— Отряды неизвестных групп, что захватывали в Литве силы местной самообороны. Отличались особой жестокостью.

Меркель не смогла удержаться:

— Это же форма нашей армии! — молодая женщина засмущалась под вопрошающими взглядами мужчин. — То есть восточной Nationale Volksarmee.

— Шайзе! — канцлер не смог скрыть своего гнева. — Они наняли немцев осси, чтобы те убивали прибалтийцев!

Шойбле пожал плечами:

— Разве нацисты не использовали чужие подразделения для подобного?

Геншер, как ни странно, его поддержал:

— Старая схема. Загребать жар чужими руками. Потом дадут им у себя убежище. Но самое плохое, что 15 марта договор «Два плюс четыре» должен вступить в действие. Но русские его еще не ратифицировали.