Ну а как иначе? Зинка в гости поднимется, чем угощать стану?

Пришёл, переоделся, позвонил девчонке и уже буквально через минуту запустил Зинку в квартиру.

— Дядя Петя дома? — сразу уточнила она.

— На сутках, — сообщил я и поцеловал сероглазую красотку.

Та с готовностью ответила, но почти сразу отстранилась.

— Ты не думай, я музыку слушать пришла! — заявила она и продемонстрировала какую-то кассету, в руки мне её не дала и умчалась в комнату.

Я лишь усмехнулся и ушёл на кухню, стал делать чай. Пока возился, Зинка по своему обыкновению сменила домашний халатик на школьную форму младшей сестры и, склонившись над письменным столом, изучала какую-то книгу, пританцовывая на месте.

Платьице было коротким, а девичьи ноги — длинным и стройными, засмотрелся даже, пусть и лицезрел эту картину уже не раз и не два. Я поставил поднос на диван, приспустил трико с трусами и, подступив к Зинке, приподнял её подол.

— Серёжа, перестань!

— Да я ничего и не делаю! — заявил я в ответ, немного полюбовался открывшимся видом, затем примерился и легонько подался вперёд, ткнулся не сильно, но попал точно в нужное место; Зинка мигом ойкнула и резко выпрямилась, чуть ли не подпрыгнула на месте.

— Ну ты чего? Не туда же! — возмутилась она, обернувшись.

— Выйдет трояк за четверть по истории, именно туда и будет, — пообещал я, притянув девчонку к себе.

— Дурак!

Я плюхнулся на диван и усадил Зинку себе на колени.

— А ты — троечница!

— Ерунда какая! — фыркнула девчонка. — Ты прям как мама! Одна тройка — это не страшно!

— Сначала одна, потом вторая, и вот уже я на тебя плохо влияю и слушать музыку тебя ко мне больше не пускают.

— А я и спрашивать никого не буду!

— Зина!

Девчонка прижалась ко мне, уткнулась острым подбородком в плечо и вздохнула.

— Ты ведь не разлюбишь меня из-за тройки?

Я принялся поглаживать её по спине, потом запустил руку под платьице и легонько похлопал по упругой заднице.

— Конечно не разлюблю. Но плохие отметки могут всё предельно осложнить. Тётя Софья меня и так не жалует, а тут железный повод появится.

— И что с того? Между прочим, папа вчера за тебя заступился! Мама настоящий скандал закатила, а он пальцем по столу стукнул, брови нахмурил и строго так: «ну-ка, цыц, женщина!»

— Так и сказал? — удивился я, хоть пачку ваучеров и засветил отнюдь неспроста. Просто уловил некоторую перемену в настроениях Бориса Ефимовича на собственный счёт, вот и решил действовать на опережение.

— Серьёзно! — подтвердила Зинка. — Мама в него тряпкой кинула, а потом они в комнате заперлись и долго не выходили. Мирились.