Зимов, воодушевленный тем, что проблема решилась так легко, лично вызвался проводить Инессу Павловну к ее новому рабочему месту. Я пошел следом, готовясь в случае чего разнимать финансовые потоки.
Когда мы зашли внутрь, я едва удержался, чтобы не присвистнуть. Кабинет оказался чуть ли не лучше, чем у самого Зимова! Просторный, очень светлый, с отличным свежим ремонтом и солидной мебелью.
В самом его центре, за массивным Т-образным столом, словно императрица, восседала дородная женщина лет пятидесяти. Венцом ее образа была сложная, высокая прическа, настолько щедро и монолитно залитая лаком, что, казалось, она могла бы выдержать падение кирпича.
Зимов представил их друг другу и вкратце обрисовал ситуацию: холдинг стремительно расширяется, а посадить главбуха физически некуда.
Сперва дамы посмотрели друг на друга так, словно на таежной тропе внезапно нос к носу встретились медведь и уссурийский тигр. Я уже всерьез прикидывал, не сбегать ли превентивно в коридор за пожарным огнетушителем. Но внезапно всё решилось на удивление мирно и быстро. Хозяйка кабинета, оценив строгую интеллигентность Инессы Павловны, оказалась совершенно не против «новенькой».
У генерала хозяйственные вопросы вообще не задерживались. Уже через десять минут крепкие мужики приволокли со склада добротный стол, стул и тумбочку. Сделали быструю перестановку, освободив угол у окна — и всё, можно было приступать к работе.
Инесса Павловна расположилась за своим новым столом, окинула взглядом территорию и удовлетворенно кивнула.
— Ну вот, всё вроде бы просто замечательно.
— Не хватает только одного маленького штриха, — заметил я, мысленно прощаясь с очередной пухлой пачкой вечнозеленой наличности.
— Какого еще штриха? — насторожилась Инесса Павловна.
— Вам нужен компьютер.
— Нет, не нужен.
— Нужен, — надавил я.
— Мне нужен хороший калькулятор, — безапелляционно заявила она.
Инесса Павловна деловито порылась в принесенном ею пакете и выложила на стол японскую машинку с крупными кнопками.
— И счеты.
Она снова нырнула в пакет и с солидным стуком водрузила на столешницу самые настоящие деревянные счеты. Большие, тяжелые, с отполированными до блеска костяшками. Из тех монументальных советских артефактов, которые гарантированно переживут любой апокалипсис, а если понадобится — ими можно насмерть забить налогового инспектора.
— Инесса Павловна… ну а как же прогресс? — спросил я, глядя на это «деревянное чудо» вычислительной техники.
— Зачем нам ваш прогресс? — веско вступила в разговор главбух Зимова, поправляя свою пуленепробиваемую прическу. Бухгалтерская солидарность сработала мгновенно. — Наша задача, молодой человек, не в заморские игрушки играть, а цифры сводить! Чтобы дебет с кредитом копеечка в копеечку сходились. А эти ваши компьютеры — тьфу, одно баловство! Сегодня свет моргнул, завтра вирус какой-нибудь залетел, и всё — баланса нет, отчетность горит, а владелец предприятия в предынфарктном состоянии. А костяшки — они не соврут, не зависнут и электричества не просят.