— Погоди, — Зимов отмахнулся. — То есть, нам надо сейчас придумывать, как я буду Степе и тебе деньги отдавать? Да ерунда! В баню на выходных сходим, посидим, пивка выпьем и договоримся по-свойски. Какие проблемы?
— Нет! — я рубанул ладонью по воздуху так резко, что Зимов даже моргнул. — Это так не делается, Юрий Иванович. Мы составим официальные договоры займа между «Рубежом» и «Аресом». Все взаимоотношения, проценты, если они будут, и сроки возврата будут жестко прописаны на бумаге, с подписями и печатями.
— Мы что, друг другу не доверяем? — нахмурился Степан, которому явно была непривычна такая бюрократия между своими.
— Дело вообще не в доверии, Степа! — я повернулся к прапорщику. — Дело в деловой гигиене и здравом смысле. Сегодня мы все друг другу братья, доверяем как себе. А завтра что угодно может случиться. Вы с Юрием Ивановичем, не дай бог, разругаетесь вдрызг…
— Мы⁈ Да никогда! — возмутился генерал. Но Степан, к слову, выглядел уже не настолько уверенным.
— Да всё бывает! — парировал я. — Или, не дай бог, кому-то из нас завтра кирпич на голову упадет. Или бандитская пуля прилетит. И что тогда? Придут наследники, жены, родственники. Начнут делить бизнес. Кто кому сколько занимал? Кто кому сколько обещал в бане под пиво? Никто ничего не докажет, начнутся обиды, суды, а в наших реалиях — еще и стрельба.
Я обвел их обоих серьезным взглядом.
— Поймите, бумажные договоры между «своими» нужны не для того, чтобы кого-то кинуть. Они нужны для того, чтобы сохранить хорошие отношения! Когда всё на берегу прописано на бумаге — никто ничего не забудет, никто не переврет условия в свою пользу через год. Плюс, не забывайте про бухгалтерию: Инессе Павловне нужны официальные основания для перевода крупных сумм со счетов, она не может вписать в баланс «Договорились в бане». Так что, только бумага и только четкий график. Согласны?
Зимов переглянулся со Степаном. Повисла короткая пауза, после которой генерал удовлетворенно хмыкнул.
— А юрист-то наш, Степа, дело говорит. Жестко, но по уму. Добро, Маньков. Готовь бумаги.
Генерал поднялся из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена.
— Ладно, господа коммерсанты. Раз восемьдесят процентов суммы вы закрываете, я прямо сейчас сажусь на телефон — буду трясти свои связи. Недостающие двадцать я найду, — Зимов кивнул нам. — Маньков, жду документы.
Мы вышли из генеральского кабинета. Люда тут же деловито прижала к груди пухлую папку с нашими распечатками.
— Я тогда cведу все цифры по закупке и запуску магазина, — сказала она на ходу. — Точные суммы ведь для твоих договоров понадобятся.