Все эти дни Карл и Толла-Ка жили в огромном каменном доме купца, отъедаясь и разминаясь с разнообразным оружием во внутреннем дворе. Мало того, Фамп Винодел даже притащил два тяжелых мешка, куда сгрузил обещанное золото. Видимо, хитрый толстяк прекрасно понимал, что в случае смерти неразлучной парочки монеты так и останутся у него дома. Но формально он свои долги отдал, претензий к нему не было. Даже кормил и поил за бесплатно, дожидаясь вместе со всеми вызова во дворец.

Поздним вечером пятого дня за ними пришли. Мрачный бородач, закутанный в меха, выложил на стол безразмерный мешок и скомандовал:

— Оружие сюда. Ножи, удавки, еще какую дрянь — в эту же кучу. Если Локхи вас объявит вольными, получите все назад. А иначе — вам и не понадобится.

— Говорить за себя хоть разрешат? — спросил Толла-Ка, бережно укладывая поверх груды разнообразных железяк любимый топор.

— Говорить можно, сталью махать нельзя… Собрались? Тогда пошли.

Отец молодого ярла не стал возводить отдельную крепость, когда власть в первый раз попала ему в руки. Он поступил хитрее. Старый общинный дом был укреплен, из него отселили посторонних и убрали скот. Внутри сделали большой зал и несколько длинных комнат, которые перестроили под казармы. Стоявшую вокруг деревню соединили переходами, протянули забор и смастерили мостки на бывших крышах. Получился сплошной укрепленный город с центром, куда теперь можно было добраться лишь через многочисленные посты охраны. Дружина ярла так и жила рядом с ним, создав несколько колец безопасности, надежно ограждая своего вождя от любой неожиданной атаки. От нападения сверху прикрывала дюжина драккаров, стоявших наготове под легкими навесами на бывших площадях. На каменных башнях скалились в небо стальные шила тяжелых арбалетов. Любой незванный гость скорее слетел бы с небес, чем смог подобраться поближе к братьям Скейд. А ведь рядом на соседних островах жили еще многочисленные вассальные ватаги, которые присматривали и за своими землями, и за облаками, ползущими между скал.

Единственной возможной проблемой можно было считать Вечевой Совет, на котором недовольные наверняка буду пробовать на зуб чужое право на власть. Но до Совета еще нужно было дожить…

В широком зале за безразмерными столами сидело больше сотни бойцов, гремевших ножами, стучащих кружками с грогом и терпким пивом. Дубовые столешницы, выстроенные буквой «П», были завалены разнообразной снедью, которую без устали пополняли цепочки слуг, снующих между гостями. В самом центре доедала кабана неразлучная троица: Локхи, Таир и Дядька. Причем последний успевал еще копаться в соседнем блюде с рыбой, добывая оттуда наиболее вкусные куски.