– Тебе это не нужно. Для этого есть я.
– А если я тебя захочу убить?
– Сюда, – трогает меня за спину справа, а потом слева. – В живот, в шею, в плечевую артерию. У тебя есть только один удар. Когда ударишь, нож войдет в плоть, и его будет трудно вытащить. Не вытаскивай, начинай проворачивать.
Адиль раскидывает руки в стороны и смотрит с хитрым прищуром.
– Будешь убивать?
Я делаю вид, что задумалась.
– Пока нет.
– Тогда… – он забирает из моих рук нож, переворачивает меня на спину и крепко целует.
Я тогда просто спрашивала. Убить человека? Я не смогу. Так я думала тогда. А сейчас… Я готова убивать. Я не буду куклой в руках дяди. Я лучше попытаюсь его убить, чем буду как овца на заклание. Я, дочь своей матери, не позволю этой семейке испортить себе жизнь.
Делаю глубокий вдох, сильнее хватаюсь за рукоять и со всей силы наношу удар со спины справа. В фильмах это выглядит легко и просто, а в реальности – нет. Мне повезло, что нож оказался не тупым, с острым кончиком. Я ощущала, как он входит в плоть. Марат заорал, а начала дергать нож в разные стороны.
– Тварь! – он упал на колено, я отскочила. – Убью суку! – дядя пытался достать нож.
Я не раздумывала, переложила вилку в правую руку и воткнула ему в шею. И тоже постаралась ее подергать в разные стороны.
Марат быстро оправился от шока. Он встал на ноги, вытащил сначала нож, а потом и вилку. Его взгляд обещал мне мучительную смерть.
Я пятилась назад, пока не наткнулась спиной на стену. Такое чувство, что силы покинули меня разом. Но лучше так, лучше проиграть в бою, чем сдаться без драки. Если моя жизнь оборвется сегодня, я умру с улыбкой на губах.
Говорят, что перед смертью перед глазами пролетает вся жизнь, которую ты прожил. А у меня наоборот, у меня перед глазами жизнь, которую я не прожила еще, которая была бы в будущем. Там я вижу себя… Счастливой. У нас с Адилем любовь, дети и собака с кошкой. В будущем все идеально. Но, к сожалению, все это будет у Адиля без меня.
Марат продолжал на меня идти, но его движения были какие-то вялые, заторможенные. Я не сразу это поняла. Пульс так долбил, что я ничего вокруг не слышала. А мое зрение сузилось до облика дяди. Вот он шагает на меня, а в следующую секунду останавливается, хватается за грудь, и я вижу, как он кашляет, а изо рта течет кровь.
Он падает на колени, продолжает кашлять. Это зрелище поразило меня. Я так боялась этого монстра, и вот он передо мной на коленях. Я… Убила его. Эта мысль будто хлыстом бьет по нервам.
– Нет, нет, нет, – повторяла я как заведенная.
Этого не может быть. Я не могла, я не хотела… Боже.