Я старалась не прислушиваться к разговору. Не хочу вообще ничего знать. Я хочу уехать отсюда. Жду, когда мне исполнится двадцать один год. Я буквально считаю дни! Я случайно узнала, что дедушка оставил мне целое состояние, и я смогу им воспользоваться, когда мне исполнится двадцать один.
– Тогда договорились, – говорит Заид. – Свадьба через месяц. Не хочу ждать. Она не молодеет.
– Верно, не вижу смысла тянуть. Быстро все организуем.
– Мне нужны наследники. Чем больше, тем лучше, – гундит друг дяди.
Я вздрагиваю и ежусь от того, что какой-то бедной девушке придется с ним лечь, точнее, под него. Нет, поймите меня правильно, он сказал, что я старая! А сам-то Аполлон? Он вообще себя видел в зеркало? Его максимум – эскортницы.
– Тогда я поехал, брат. Мне сегодня нужно еще некоторые вопросы решить.
Я выпрямилась с подносом в руке и опустила глаза.
– Марьям, – обращается ко мне дядя. – Проведи будущего мужа на выход.
Вскидываю на Марата глаза.
Мне не послышалось?
Будущий… Муж?
Господи, кажется, я сейчас упаду в обморок.
Я даже не пошевелилась. Я просто не могла. Дядя что-то говорил, но до меня не доносилось ни слова. Сердце с болью билось о грудную клетку, в ушах шумело, пульс бился по точкам. Я не могла дышать.
Мой самый страшный кошмар стал явью.
Внезапная боль, словно от огня, привела меня в чувства. Марат ударил меня по лицу с такой силой, что меня отбросило назад. Я схватилась за щеку и со слезами посмотрела на дядю. Он высокий, широкоплечий мужчина, начал наступать на меня.
– Я оставил тебя в своем доме, кормлю, одеваю, а ты смеешь позорить меня перед друзьями? – спокойно говорит.
Он всегда такой.
Спокойный.
Рассудительный.
Жестокий.
Я ненавижу его каждой клеточкой души. Вообще всех мужчин с властью ненавижу.
– Дядя, я не… – начинаю говорить, и незамедлительно следует другая пощечина.
Слезы брызнули из глаз, на несколько секунд мне показалось, что я потеряла зрение. Я начала кусать губы, чтобы не разреветься в голос.
– Разве я разрешил тебе говорить? Твоя мать-шл*ха не смогла даже воспитать тебя нормально, – произносит с отвращением.
Он говорит о собственной сестре.
Мама встретила папу и сбежала из дома, когда ей исполнилось восемнадцать. От нее отреклись все родственники, но она была самой счастливой женщиной на земле. Она и меня так воспитывала, что нужно быть смелой и решительной.
Поэтому я делаю глубокий вдох и смотрю дяде в глаза.
– Я благодарна вам за все, дядя. Но замуж за этого человека я не выйду.
Его глаза наливаются кровью, мне кажется, он сейчас сломает мне шею.
– Да, Марьям, ты за него не выйдешь, – говорит слова, которые я так хотела услышать. Надежда не успела расцвести в душе, как он вырвал ее с корнем. – Ты побежишь за него замуж. И будешь каждый день благодарить меня за то, что я нашел тебе порядочного мужа.