— Сэр Гейч, — уважительно сказал паренек и пожал руку электрику. После чего то ли сделал комплимент, то ли пошутил: — У вас интересная прическа.

— Эдиком будешь, — приговорил его Сергеич.

Макс лежал без сознания, его бледное лицо блестело от пота. Перед глазами высветилась статистика — 38,82% активности. Неожиданно число дрогнуло и изменилось на 38,87%. Регенерация работала, хоть и медленно.

— Ушли эти гады? — с надеждой осмотрелся Сергеич.

— Пока да. Но вернутся перепроверить, — ответил я. — Как только поймут, что нас не догнать в других местах.

— Давай уже на воздух, а? — взмолился Сергеич.

Мы вынесли Макса, положили на песок рядом, я вытащил бутылку воды из рюкзака, бросив его на землю, потому что контейнер, за которым охотился Папаша, был тяжелым и оттягивал плечи.

Раз Шапошников гоняется за этой штукой, значит, там что-то крайне важное. Макс чертовски удачно ее стащил, вот только… нам теперь с ней мотаться, как с чемоданом без ручки, и польза пока сомнительна. Посетила малодушная мысль как-то подбросить контейнер Волошину, чтобы он от нас отстал, но я отмахнулся от нее.

Вернемся в «Калигайахан», заберем немцев и улетим отсюда к чертям! Кошка бросила котят, пусть резвятся, как хотят. Я прокачаюсь и вскрою контейнер.

Вспомнил Машу и как Тетыща волок ее в свое логово. Нет, не улетим, Машу надо как-то вытащить…

— Смотри, — прошептал Сергеич, касаясь моего плеча. — Максимка-то наш порозовел…

Я глянул на Макса и удивленно моргнул. Активность — 39,92%. Нет, уже 39,97%!

— Что за хрень чудесная? — пробормотал я.

— Может, это контейнер? — предположил Сергеич, кивая на рюкзак, куда я положил загадочную находку. — Он теплый был.

То, что контейнер лечит, конечно, отлично, но даже при таком темпе на полное восстановление уйдут часы, а у нас их не было. А если нести Макса или волочь по земле прямо сейчас, тряска наверняка повредит начавшие срастаться тазовые кости. И так Тернер наш на ладан дышит.

Я задумался. Даже не покормить его для лучшего восстановления.

— Так, — хлопнул я в ладоши. — Надо двигать отсюда. Можно сделать носилки и волочь Макса, но…

Я оглянулся на вход в маяк и замолчал, пораженный внезапной идеей.

— А что, если… — начал я медленно, когда меня посетила настолько безумная идея, что она могла сработать только в мире, где большинство людей превратились в зомби. — Если не тащить Макса, а… транспортировать?

— На чем? — нахмурился Сергеич, его единственный здоровый глаз сузился. — Тачки здесь нет.

— Пойдем покажу. — Я приобнял Сергеича и повел в маяк, чувствуя, как в голове оформляется план, до того отвратительный, что должен был сработать.