— С этого и начнем: осмотримся. Пожрем потом, — сказал я, поднимаясь.

Все тоже встали с насиженных мест.

— Может, это? Проверим, запустим? — спросил Сергеич, глядя на бензопилу, и сам же ответил: — Не, пусть сохнет!

Я оставил себе тесак. Сергеич вооружился укороченным «Втыкателем». Макс взял швабру, которую нашел в подсобке. Эдрик — огромный ржавый разводной ключ с надписью на рукояти Heavy Duty. Урон швабры был совсем никчемным, 1–2, а вот ключ Эдрика бил раза в три сильнее. Даже в этом выборе оружия отражались характеры парней.

Хмыкнув, я шагнул к двери и осмотрел ее. Добротная, железная, запирается изнутри, есть замочная скважина, значит, где-то должен быть ключ. Жаль, что вчера не обратили на это внимания.

Ключ обнаружился в ящике стола дежурного. Закрываться мы не стали, потому что не от кого, вышли в неплохо освещенный машинный зал, где воняло падалью. В дневном свете все смотрелось совсем по-другому.

Окна тут были прямоугольные, как и в диспетчерской, под самым потолком, только большие, защищенные четырьмя металлическими перегородками — зомби не пройдут.

При ближайшем рассмотрении моторы напоминали современные желтые железнодорожные вагоны, закрытые и оплетенные желтыми трубками. От каждого отходили серебристые вентиляционные трубы, куда, как я и рассчитывал, запросто пролезет взрослый на четвереньках. К ним вели лесенки, а на моторах имелись площадки — прямо идеально для наших целей.

— Можно? — спросил Эдрик и залез туда, не дожидаясь ответа.

— Погодите! — воскликнул Сергеич и ринулся вдоль моторов, исчез из вида, а потом как заорал, да так нежно:

— Еж вашу дрожь! Вот же! Вот!!!

Мы бросились на его крик, обогнули моторы и увидели, как он обнимает маленький генератор. Рядом стоял такой же, обделенный его вниманием.

— Вон он, кормилец и поилец! Живе-ем, мужики! Это знаете что? — Он погладил машинку, словно любимую женщину.

— Аварийные дизель-генераторы? — предположил я.

— Ага! — закивал он, поднимаясь. — Ладно, идем посмотрим, че у нас на улице.

Эдрик все ходил по двигателю. Увидев меня, он сказал:

— Сверху похоже на гроб, но железный.

Макс понял, улыбнулся и перевел Сергеичу.

Теперь, при дневном свете, помещение не казалось таким огромным, а вот первое, где стояли автоматы, — наоборот. Подходя к входной двери, я прислушивался к шуму на улице, сравнивал его с тем, что было вчера, и делал вывод, что уже не так свищет и громыхает.

— Ну, с Богом! — воскликнул Сергеич и, придерживаясь за ручку двери, с лязгом открыл щеколду, попытался выйти…

Сильный порыв ветра ударил в дверь с такой силой, что она чуть не выстрелила Сергеичем. Матюгнувшись, он пробежал немного по инерции и повернулся к нам.