— Ну что, Вейла, мы справились. — мысленно произнес, обращаясь к наставнице, которая все время сражения старалась не мешать.
— Да, партнер. — улыбнулся в ответ большущий смайлик. — В очередной раз ты был многократно сильнее смерти. Но знаешь, что меня беспокоит? — спросила она под конец.
— Что? — устало добавил, представляя, как мне снова поломают видение мира.
— Что у нас до сих пор не было никакой информации от ребят, и от Нюхача.
За последние недели, в которые так и не удалось хоть раз посмотреть на солнце, мне начало казаться, что собственное зрение уж как-то слишком хорошо успело приспособиться к непроглядной тьме. Та с дикой любовью окружала мой мчащийся силуэт, стремительно продвигающийся вперед, и всем естеством показывала, что хотела проглотить меня целиком, буквально надеясь растворить в ничто.
Отдохнуть после прошедших событий и непростого боя у меня так и не получилось. Из-за чего дорога чувствовалась слишком уж осязаемой, тяжелой и вязкой, словно я продирался сквозь черное, плотное желе, которое бесконечно пыталось залепить собой мне рот и ноздри.
Мои шаги отзывались гулким эхом, дробясь о выстланную щебнем дорогу и влажную поверхность стен. При этом ритм ровного, размеренного дыхания оглушал, подобно работе механического молота в современной кузнице.
Я бежал.
Нет, не так. Я буквально летел сквозь это бесконечное горло метрополитена, подстегиваемый не только физической силой, но и ледяным ужасом, который сковал внутренности плотнее, чем любая вражеская угроза.
Да и слова Вейлы о том, что от ребят вместе с Нюхачем нет вестей, бились в голове неприятным набатом, постепенно превращаясь в ядовитую паранойю. А если ещё учесть…
— Алекс, справа! — крик наставницы вывел из раздумий, в которых я уже успел позабыть о том, что мы находились в опасной, враждебной среде.
Но оборачиваться на ее предупреждение не стал. Лишь сконцентрировался на возвращающихся ощущениях и немного, с небольшим усилием, напряг нутро. А вот инстинкты, которые давно успели зародиться внутри меня, сработали многократно быстрее, чем разум успел осознать уже принятое решение.
Из глубокого мрака, находившегося прямо за поворотом, в мою сторону метнулась здоровенная фигура. Чудище ростом под добрых три метра, с лицом, полностью лишенным явных признаков разума, привычно скалило свои большущие зубы в подобие добродушной улыбки. Форсун. Белая тварь, живущая лишь желанием «пожирать» и внутренней, пылающей яростью.
Особенно все это очень слабо вязалось с тем, как быстро та передвигалась. Чего совсем уж нельзя было предсказать исходя из её колоссальных габаритов. Помнится, что из-за такого первого впечатления, я чуть было дуба не врезал…