Да пох! Не все ли равно? Какие бы мотивы им не руководили — иного выбора у меня нет. Хуже чем сейчас — уже все равно не будет.

— Уговорил, красноречивый. Умеешь быть убедительным, — столь же открыто и освобождено от всего суетного, улыбаюсь ему в ответ я.

Сообщаю своим о предстоящем бое. Комментариев не последовало даже от Шептуна. Похоже соратники не менее моего ошеломлены столь неожиданным поворотом сюжета.

— Здесь, у места нашей силы, единства и могущества — я желаю дать честный поединок этому необратившемуся. Призываю столп силы и власти в судьи и свидетели этого поединка!

Верхушка кристалла тускло блеснула темным переливом! Или мне показалось?

Мышцы сами по себе внезапно непроизвольно сокращаеются. Меня словно током долбануло…Что за хрень?

Стоящий напротив Мишаня, тоже заметно дергается, как от электрического разряда.

Кристалл «сигналит» еще раз. Все-таки не показалось.

— Да будет так! — увидев это сверкание, не очень стройно и синхронно и кажется, не слишком охотно, выкрикивают «разумные».

— Уа-а-ыуаы! — подхватив, энергично мычат безмозглые зомбари.

— Всё. Мы с тобой оба пустые. Без энергии. Он всю сожрал, — малость скривившись, мотает головой в сторону «места силы» мой противник. — Ты готов?

— Всегда готов.

— Ну, тогда вперед!

И мы начинаем свой древний волчий танец! Он и я!

Вот оно как! Значит кристалл или как его там — высосал из нас энергию⁈ Лихо!

Значит все решат бойцовские качества. Без читов. Ладно — пободаемся!

…Ни он, ни я — не торопимся сходиться в схватке.

То напружинив, то расслабляя мышцы — аккуратно переставляя ноги, вкрадчиво кружим, меняя стойки. Каждый выдерживает дистанцию. «Прицениваемся».

Он очень опасен, как боец. Возможно — гораздо лучше меня! Ощущаю и вижу это. По его мягкой походке, в любую секунду готовой взорваться стремительным броском или отскоком, по тигриным шажочкам, по плавным, «ртутным» сменам стоек и «перекатам» его мощного тела.

Ну, это естественно — иначе он не стал бы тем, кем сейчас является. Не победил остальных претендентов на «трон безумия».

…Мир замирает в неподвижности и останавливает внешнее время. Вселенная сжимается до узкого коридора — в котором остаются только двое: я и он… Звуки пропадают. Все, кроме моего дыхания — слышного только мне. А буквально секунду назад я слышал сопение каждого крота на этой поляне. Скрип каждого сухого ковыля. Жужжание каждой мухи.

Чувствую каждую мышцу, каждое сухожилие, каждую каплю пота на виске. Вижу каждую мельчайшую щербинку на лезвии его топора!

Время загустело. Стало резиново тягучим и совершенно беззвучным! Планета обезлюдела! Только я и он! Два оскалившихся волка! Две мухи в клею бесконечности.