Школьником я был там пару раз на экскурсии и видел все собственными глазами. После каждого такого визита мы убеждались, что смерть от голода Хуракану не грозит — ведь вода в садках буквально кипела от бьющейся там здоровой рыбы.

За прошедшие столетия там случалось несколько достаточно больших аварий, но ничего критичного. И наибольшими потерями можно считать утрату нескольких рыбных видов, хотя, если верить газетной статье, сохранилось все необходимое для их возрождения и скоро сделают новую попытку. Раньше там выращивалось больше десятка видов, сейчас же осталось вроде как пять или шесть. Уверен, что точно помню тиляпию, белого и черного амура, сомов, микижу и ханоса. Может, появилось что-то новое, а может, и убавилось — в той же статье говорилось, что за прошедшие века жители Хуракана стали относиться к еде гораздо проще, перестав быть столь требовательными. Ну да… мне тоже как-то без разницы, чье это там просоленное мясо в купленной рыбной соломке — было бы пожирнее и побольше.

Но главное, что я вспомнил, так это основной факт из той же самой газетной статьи: техническое хозяйство Тэмпло являлось самым большим и протяженным во всем Хуракане, потому как простиралось далеко за его границы и обслуживало в том числе водорослевые фермы и несколько жилых коридоров.

И в каком состоянии все эти коридоры?

Думается мне, Дуглас Якобс, поняв, что в темных полузатопленных коридорах рыбных садков творится настоящий бардак, решил использовать меня в качестве независимого дотошного специалиста. Скорей всего, я еще увижусь с ним там, в Тэмпло, и получу от него более точные указания…

У старого Бишо выдался очередной неплохой по посещению денек в парикмахерской, и он, сохраняя недовольное выражение морщинистого лица, простоял на ногах весь вечер, приводя в порядок терпеливо ожидающих своей очереди клиентов. Тут было не до обучения меня основам стрижки, но я все же вволю «поиздевался» над двумя подростками, решившими обрить головы налысо. Удерживая в руках достаточно увесистую механическую машинку для стрижки, равномерно работая пальцами, я постепенно уничтожил волосяные заросли, несколько раз защемив и дернув пряди. Парни стоически терпели, а взамен Бишо не взял с них денег, да еще и наградил стаканом чая и уже чуток лежалыми бутербродами, притащенными мной с ночной работы.

Остальное время я был занят нарочито неспешной и тщательной генеральной уборкой. Отыскав ведро с тряпкой и шваброй, я методично двигался вдоль стен, очищая вечный пластик слабым мыльным раствором с каплей драгоценных химикатов. Мой неспешный труд снискал удивительно много похвал от терпеливо ждущих своей очереди седых сурверов, высоко оценивших как раз мою методичность и тщательность.