Оглушенный отказом, Макс сделал всего несколько шагов по гулкому коридору и едва не врезался в бежавшую навстречу женщину. Он замер. Напротив него, тяжело дыша и прижимая сумочку к груди, стояла Анжела. Она летела к палате подруги после их телефонного разговора, но, увидев посреди коридора Макса, живого, с разбитым в драке лицом, резко затормозила. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
— Макс... — выдохнула Анжела, и её голос сорвался на всхлип. — Господи, Макс, ты живой... Агнешка мне только что всё рассказала по телефону... Про твое похищение, этот заброшенный дебаркадер, про банду Тонконогова, как ты её в доме спасти пытался... У меня сердце чуть не остановилось, я летела сюда как сумасшедшая...
Она сделала нерешительный шаг вперед, протянула руку и робко коснулась его плеча, словно проверяя, не галлюцинация ли это. Макс стоял, опустив руки, чувствуя, как от её знакомого голоса и этих испуганных глаз внутри начинает оттаивать ледяная корка, оставшаяся после разговора с Агнешкой.
— Со мной всё нормально, Лика, — глухо ответил он. — Тонкого закрыли, Жора счета его арестовал. Всё кончено. Ты к Агнешке? Иди, она ждет.
— Погоди, Макс, не уходи, — Анжела судорожно удержала его за рукав куртки, и из её глаз хлынули слезы, которые она больше не пыталась прятать. — Пожалуйста, выслушай меня. Я должна была сказать это еще давно, но дурой была... Гордой и глупой. Я сильно люблю тебя, Макс. Всегда любила, даже когда мы подали на развод. Со вторым мужем ничего не сложилось, мы уже несколько месяцев как в разводе, всё это было огромной, чудовищной ошибкой. Когда я сегодня услышала, что этот психопат тебя похитил и мог убить... я поняла, что без тебя мне этот мир вообще не нужен. Прости меня, Макс. Если сможешь — просто дай мне один шанс. Один-единственный шанс всё исправить.
Лисицкий смотрел на плачущую бывшую жену, и в его голове со свистом проносились воспоминания об их общем доме, об их счастливых годах до того, как они наделали глупостей и разрушили свой брак. В её глазах сейчас не было фальши — только чистый, выстраданный страх потери. Жизнь коварно и мудро расставила всё по своим местам: Агнешка захлопнула дверь в будущее, но в этот же миг судьба расмахнула для него дверь в прошлое, которое внезапно оказалось единственной настоящей гаванью.
Макс тяжело вздохнул, сделал шаг вперед и крепко, надежно прижал Анжелу к своей груди. Она уткнулась носом в его грудь, судорожно всхлипывая и обнимая его за шею.
— Ладно тебе, Лик, ну тихо... Хватит реветь, — негромко, с привычной теплой хрипотой в голосе успокоил её Макс, гладя по волосам. — Всё нормально. Мы попробуем. Давай попробуем еще раз.