– Последней просьбы? – растерялась Амелия. – Если вы считаете, что Монтегрейн убил принца, то…
Какие последние просьбы могли быть у жертвы к своему убийце?
– Вас не должно волновать, что я считаю, – Гидеон отбил ее возражение ледяной улыбкой. – Последние слова, – повторил с нажимом. – Последняя просьба. Это главное. Если выясните что-то еще, это станет приятным дополнением.
Амелия отвела взгляд.
– И когда вы сочтете мое задание законченным?
– Когда Монтегрейн пойдет на эшафот, – сказано было с такой уверенностью, что леди Бриверивз невольно вновь вскинула глаза на собеседника.
– То есть вы даже мысли не допускаете, что он может быть невиновен?
– Он виновен, – холодно и твердо возразил Блэрард Гидеон. – Монтегрейн виновен в измене его величеству. И как только вы добудете этому доказательства, справедливость восторжествует.
И голова Монтегрейна полетит с плеч, закончила Амелия уже про себя. Сочувствовала ли она ему? Нет, Рэймер Монтегрейн мог на деле оказаться кем угодно, как и ангелоподобный внешне Эйдан. И пока глава СБ искал доказательства, не оглашая обвинения голословно, это вполне вписывалось в ее понятие справедливости и порядочности.
Хотела ли она в это ввязываться? Однозначно – нет. Но воспоминание об утреннем торте подогнало к горлу тошноту, будто бы ей пришлось съесть его целиком.
Выбора у нее не осталось: либо немедленно прощаться с жизнью, либо попробовать выжить на предложенных условиях. Сейчас, когда Эйдана больше не было рядом, жить хотелось как никогда.
– Когда свадьба? – только и спросила Амелия.
Гидеон довольно ухмыльнулся ее покладистости.
– Послезавтра. – И, получив в ответ полный изумления вкупе с возмущением взгляд, добавил: – Все приличия будут соблюдены. Проведем церемонию без шума, а затем объявим обществу, что брак с Монтегрейном был последней волей вашего супруга, потому не требовал отлагательств. Слухов о вашей ветрености не последует, ручаюсь.
И сказано это «ручаюсь» было таким тоном, что у Амелии пробежали мурашки по позвоночнику.
– Зайдите к казначею, – бросил Гидеон на прощание. – Вам выпишут чек для уплаты долгов плюс еще сумму для покупки свадебного наряда.
4 месяца спустя после Бала дебютанток
Цинн, королевский дворец
– А что она?
– Что, что? – раздраженно отозвался Рэймер. – Ничего. Послал ей пятнадцать писем, извинялся, как последняя тряпка, – отец диктовал. А она – хоть бы соизволила ответить.
– Совсем ничего? – не поверил друг.
– Хуже. – Монтегрейн поморщился. – Ответил ее папаша. Мол, не знаю, чем ты обидел мою дочь, но не смей сюда больше писать, а то пожалеешь, щенок.