У меня похолодело сердце, словно предвкушая самое плохое, но я не поддался панике. Ещё будет время поволноваться. Обошёл дом с главного входа, оглядев улицу на присутствие какой-нибудь несоответствующей месту машины. Никого, по крайней мере я никого не увидел. Значит, теперь стоило увести мать отсюда, да и всех, кто только был в доме.
Ключа у меня не было, поэтому я просто постучал. Подождал немного и снова постучал.
Никто мне не открыл.
И вновь это леденящее тело чувство, словно что-то происходит. Поэтому, больше не церемонясь, я просто вернулся к своему окну. Схватил пистолет за ствол и разбил стекло в раме, сначала в одной, потом во второй, внутренней. Рукой открыл щеколду, распахнул окно, впуская холодный воздух в комнату, и забрался внутрь.
Первым же делом я сразу бросился на колени под кровать, откуда достал глок. Теперь я по крайней мере чувствовал себя в куда большей безопасности, имея не десять, а пятьдесят один патрон. Запихнул ПР за штаны сзади и, перехватив поудобнее глок, вышел из комнаты. Даже не вышел, буквально выплыл. Старался двигаться так тихо, как мог несмотря на то, что разбитое стекло уже известило всех присутствующих о моём прибытии.
Мама действительно сидела на диване, уставившись куда-то в одну точку. Сидела, не сдвинувшись с места, словно на что-то смотря.
И всё, вроде как никого больше.
— Мам? — позвал я её негромко. Ноль реакции. — Мама?
Я даже забеспокоился, а не умерла ли она часом? Как бывает, человек умирает в положении, которое заставляет думать, что он ещё жив.
— Мама, это я, Нурдаулет, — тихо позвал я её.
И она наконец откликнулась. Слегка повернула вбок, словно прислушиваясь ко мне, от чего у меня отлегло от сердца. По крайней мере я теперь знаю, что моя мама жива. Но волнение всё равно никуда не делось, потому что теперь я хотел выяснить причину её заторможённого поведения. И мои предположения меня отнюдь не радовали.
— Мам, что-то с Наталиэль? — мягко, практически нежно спросил я, чтоб случайно не спровоцировать её на истерику, которая сейчас была бы совсем не кстати.
— Нет, всё в порядке с ней. Она жива. Пока, — хрипло ответила ма, не поворачиваясь.
— Тогда что случилось? Что-то с Натали?
— Нет… с ней всё тоже в порядке…
— Тогда что произошло?
Она молчала. Не отвечала, потому что знала — я тоже всё понял. Бесполезно скрывать очевидное и пытаться улить, когда и так всё ясно.
У меня в руках до сих пор был пистолет. Немного подумав, спрятал его в карман, чтоб лишний раз не пугать и не расстраивать её.
— Мам, нам надо уходить.
— Натали нам всё рассказала, — тихо сообщила она мне. — Рассказала, чем ты занимаешься.