В этот момент в дверь постучали. Не так, как это делала Сирень — вальяжно, спокойно, словно стучатся тебе в дом. И Алекс на мгновение отвернулся. В эту саму секунду Малу бросился на него. И я бросился тоже. Надо было разоружить этого мудака, пока есть возможность.
Алекс дёрнул пистолетом сначала на Малу, который дёрнулся первым, но тут же направил на меня, потому что я был ближе.
Грохнул выстрел.
Боли я в этот раз не почувствовал. Лишь удар, который был такой силы, что меня бы отбросило назад, не будь я стокилограммовым хряком. А так меня всего лишь опрокинуло на спину. Дух выбило, как и в прошлый раз, когда в бронежилет попала пистолетная пуля инкассатора. Только здесь был всего один выстрел, но куда сильнее, чем тогда. Перед глазами всё потемнело, а потом резко вспыхнуло, словно включили прожектор.
Все остальные звуки доносились издалека. Как если бы мы находились под водой, и кто-то пытался в неё кричать, чтоб дозваться меня. Передо мной была только темнота, но голоса я слышал и через некоторый промежуток начал разбирать, что говорит как Алекс, так и Малу.
— … тебя. Ты просто не способен жить нормально, чтоб не бросаться на других, словно собака.
— Я не убиваю друзей…
— Но подставляешь их своим поведением. Не дёрнись сейчас ты, и я бы не стал ни в кого стрелять. И плевать тебе на остальных. Ты просто неадекватен, жесток и безумен.
— Иди ты нахуй… — пробормотал он.
— Да сам иди ты, заебал уже всех…
В этот момент я понял, что темно вокруг лишь потому, что у меня были закрыты глаза. Когда я успел их закрыть, что случилось, почему я не умер и чувствую боль в районе сердца? Почему так тяжело дышать, словно объём лёгких уменьшили?
Это всё было вторично. Мне нужны были деньги, которые хотел отдать Алекс, и в этом плане нам было не по пути. Даже понимая, что он мой лучший друг, и не бросься я на него, он бы не выстрелил, так же приходит понимание, что наши цели диаметрально противоположные. И тут стоит вопрос — или я, или он. Его Мари против моей сестры.
А ещё правда в том, что будь на его месте я, то, скорее всего, поступил бы точно так же ради своей сестры. Своя рубашка ближе к телу, и защищать мы будем в первую очередь то, что дорого нам.
Алекс стоял ко мне практически спиной, целясь в Малу. Это был мой единственный шанс, и я, не обращая внимания на боль и отсутствие воздуха в лёгких, тихо присел, готовясь на него броситься. Но то ли он почувствовал, то ли услышал шум, Алекс начал резко оборачиваться ко мне.
Я бросился на него.
Это был мой самый быстрый рывок. Вряд ли я смогу повторить так ещё раз даже просто потому, что у меня просто уже не осталось сил. По крайней мере сегодня.