— Почему меня не могут вылечить, если спасли даже того убийцу?

Эсперо кивнул.

— Всё дело во времени, — Ставич судорожно вздохнул, его и так смугловатое лицо потемнело еще сильнее. — Я почти растратил минус-материю, собирал информацию о ферейском заговоре, медлил, принимал антирад, и сам попустил все сроки.

— Да ладно… Надежда остается всегда. Сыворотка из моей крови…

— Не надо, Кай. Я говорил с лучшими врачами, мне обещали жизнь, но лет на двадцать короче нормы и навсегда на лекарствах. Наноботы из вашей крови сделают то же самое. Вы станете моим вечным донором, а я буду нуждаться в новой дозе и каждый раз во всё большей…

— Пусть даже так — чем не вариант?

— Тем, что отряду не нужна развалина. Лучше я уйду в отставку и начну сочинять мемуары.

— Только не надо вот так вот сдаваться.

— Я не сдаюсь, я исчерпался. Нексус, война с криттерами, зачистка Фонда Шеффера… Это — много, это — достойно, и последние годы жизни я собираюсь провести в покое. Что касается командира отряда Кси — вы, пожалуй, лучший. Пускай даже мутант-супервиро, Космофлот всё равно утвердит. Жаль, что мы не сдружились как следует, наверное, не хватило времени, но, по крайней мере, мы уважали друг друга. Прощайте, Эсперо, пускай вам сопутствует удача, и усталость лет никогда коснется вас.

Кай не знал, что ответить. Он пожал руку Ставичу и до конца смотрел вслед — до тех пор, пока коренастая, хоть и похудевшая фигура оперативника не скрылась из поля зрения.

* * *

Гауптвахта фрегата «Горизонт»

Закованный в наручники Нико Мак-Сай не отводил глаза. Он просто смотрел сквозь Кэсси, словно тот полностью состоял из стекла.

— Знаешь, зачем я пришел?

— Нет.

— Хочу узнать, зачем ты впутался в авантюру с покушением. Олари — опытный лжец, он, наверное, многое обещал, но пойми, у тебя не было шансов сбежать.

— Может, и не было, — отозвался Нико, все так же рассматривая некую бесконечно удаленную точку у Кэсси за спиной. — Может, шансов и не было, но я не мог поступить иначе. Тебе, офицеру, не понять, что такое справедливость. Она как свет далекой звезды — мерцает, манит, но между нею и тобой — вечный холод.

— Разве убивать беззащитных — справедливо?

— Смерть одного, двоих, пары дюжин, да что там, хоть миллионов… приемлемая цена, чтобы переделать мир.

— Мир живёт по своим законам, его не изменить по личной прихоти.

— Конечно, сама по себе справедливость не наступит. Мой отец был терранином и бросил меня, точнее, просто про меня забыл. Мою мать убили имперцы. Я вырос в дерьме жил на Даскааре как на куче мусора, и даже когда Империи не стало, ничего не изменилось. Кто-то должен был ответить…