Морозов медленно провёл ладонью по лицу и тихо сказал:

— Ну что, товарищи разведчики. Дневка у нас отменяется.

В дувале повисла тяжёлая тишина. Все смотрели на Морозова и Наумова. Даже молодые уже поняли, что происходит что-то совсем серьёзное. Такие лица у офицеров просто так не бывают. Наумов первым нарушил молчание:

— Если они начнут искать этого козла — нас найдут минут за десять.

Пленный сразу закивал, будто подтверждая.

— Сколько у нас времени? — тихо спросил Морозов.

Наумов перевёл вопрос. Дух быстро ответил.

— Говорит, его должны были уже хватиться. Он охране чай носил. Потом у него живот прихватило, он пошёл делать свои дела и пропал.

Морозов сидел молча, глядя в землю. Я уже знал это его состояние. Когда он вот так замирает — значит, голова работает на полную. Потом он поднял глаза на Наумова:

— До дувала метров семьдесят. Может меньше. Один основной вход. Сзади узкий проход между стенами. У него крыша связана с соседними развалинами, наверное, раньше ослятник там был или что-то типа этого…

Морозов задумчиво посмотрел на пленного. Долго смотрел, очень внимательно. И вдруг спокойно сказал:

— А давай их по-тихому захватим.

Наумов даже голову повернул:

— Кого?

— Всех, кто внутри.

В дувале стало совсем тихо. Я сначала подумал, что ослышался. Наумов смотрел на Морозова несколько секунд:

— Старлей, ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

Он подвинул карту ближе, перевернул её и начал быстро рисовать карандашом схему кишлака.

— Смотри. О нас пока никто не знает. Это главное. Мы сидим внутри кишлака. Практически рядом с джиргой. Если сейчас тихо зайти в дувал и взять главарей — всё остальное уже неважно. Вот тут можно пройти — Морозов вел каратном по схеме — И через ослятник.

— Там охрана кругом, — сказал Наумов.

— Поэтому сделаем всё тихо.

Морозов ткнул карандашом в пленного:

— Вот наш пропуск.

Тот, видимо, понял по интонации, что разговор идёт о нём, и заметно побледнел.

— Используем его. Ему они ворота откроют без проблем, а мы за ним внутрь войдем. Снимаем охрану. Врываемся внутрь. Пока остальные сообразят, что происходит — главари уже будут у нас.

— А потом? — спросил я.

Морозов посмотрел на меня:

— А потом вызываем отряд.

Наумов уже тоже начал соображать быстрее.

— Группы прикрытия должны быть рядом. Если поднять всех по рации, они смогут связать охрану боем.

— Именно, — кивнул Морозов. — Нам главное продержаться первые минуты и вытащить языков из кишлака.

Чернов тихо присвистнул:

— Дерзко…

— Другого шанса не будет, — ответил Морозов.

И это было правдой. Если мы сейчас просто уйдём и вызовем остальные группы, джирга растворится по горам быстрее, чем сюда подойдут основные силы. Эти люди не дураки. У них дозоры, охрана, наблюдатели на тропах. Один выстрел — и всё.