Двадцать два ровно. Полчаса до посадки. Змею мы одолели, Апельсинка рванула, хоть и не на прежних скоростях, но…
К аэропорту Пудун (в Шанхае два аэропорта, но в северную столицу летят из этого) мы подъехали в двадцать два часа двадцать две минуты. Парковка, забег, очередь к стойке…
Как там пелось у группы «Кино»?
И билет на самолет с серебристым крылом,
Что, взлетая, оставляет земле лишь тень [3] …
Нам и тени не досталось. Мы до взлетной полосы не дошли даже. Только оранжевые огни и темно-темно синее небо аэропорта.
Когда уже окончательно ясно, что серебристые крылья в воздух поднялись без нас, Лин Мэйхуа глубоко кланяется главному оператору.
— Мы искренне благодарны за ваши старания.
Дядя Бу нас не просто высадил у громадины из металла, стекла и бетона (а также ряда прочих строительных материалов), плода любопытных архитектурных решений. Он припарковал Апельсинку и метнулся к регистрации.
— Т-ц, — оператор качает головой. — Недостаточно. Тогда идемте.
— Мы сами доберемся до отеля, — машет руками моя вежливая китаяночка, которую я успела посвятить в свои планы на выписанный режиссером «отпуск». — Ваша забота не знает границ. Спасибо! Дальше мы сами справимся.
— Какого еще отеля? — брови Бу приподнимаются (буянят на лице, охота сказать). — Разве вы и малышка Ли живете в отеле? Я отвезу вас в Бэйцзин. Во сколько ваше собеседование? В десять начало? Уложимся.
Мама замирает, не зная, что и сказать. Для справки: между Шанхаем и Бэйцзином одна тысяча двести (с хвостиком) километров. Это уже куда больше, чем до аэропорта подбросить…
— Идем, идем, — торопит нас оператор. — Утром будете дома. Эй, что за лица? Госпожа младший сценарист, малышка Мэйли, вы всегда такие красивые. А сейчас похожи на баклажаны, по которым ударили морозы.
Прыскаю со смеху: ну как с таким подходом серьезно переживать? Успеем, не успеем. Ерунда, зато еще прокатимся. Дядя Бу же явно сам рад порулить густо-синей Апельсинкой. Может, он и про баклажаны вспомнил, потому что те тоже синенькие? Не только, там и другие какие-то есть. Мать-повара спрошу потом, ей всяко виднее.
— Спасибо, дядя Бу! — широко улыбаюсь оператору и водителю. — Мама, бежим, не будем морозиться. А ты потом дяде Бу закусок всяких разных приготовишь. С баклажанами.
[1] 一路顺风 (кит). [yīlù shùnfēng] — весь путь попутный ветер. Общепринятое употребление в значении: счастливого пути.
[2] 一路平安 (кит). [yīlù píng’ān] — счастливого пути (идиома).
[3] В. Цой. «Пачка сигарет».
Культурная моя и вся из себя воспитанная еще там что-то попискивает о переходе всех границ. Но я уже тяну ее за подол длинной льняной юбки к выходу. Тихонько посмеивается, глядя на мою детскую непосредственность, наш «Шумахер» (китайская версия).