— Хорошо, — сказал он. — Григорий Константинович, составьте подробный отчет по Закавказью. Лазарь Моисеевич, займитесь кадрами. Мы обсудим это на Политбюро.
Оба кивнули и вышли, оставив Сергея одного. Он посмотрел на стопку бумаг, потом на карту на стене. Красные линии, границы, города. Это была его страна. Его ответственность. Но в голове крутились другие мысли. Москва 2025 года. Его кабинет на Таганке, заваленный договорами. Барон, рыжий кот, ждущий его дома.
Сергей встал и направился в гостиную, где его ждал, приехавший в Москву, Яков. Он знал, что должен наладить контакт с сыном, прежде чем погрузиться в политические интриги. Это была его новая жизнь, и семья была ее частью. Он прошел по узкому коридору Кремля. Стены были украшены портретами Ленина и сценами революции, напоминая ему, что он в самом сердце Советской страны. Половицы скрипели под его сапогами, а в воздухе витал запах табака.
В гостиной Яков стоял у окна, глядя на двор. Худощавый, с темными волосами и карими глазами, он выглядел старше своих пятнадцати лет. Его гимнастерка была аккуратно застегнута, но в его позе чувствовалась напряженность, словно он ожидал чего-то неприятного. Сергей остановился в дверях, чувствуя, как сердце сжимается. Это был его сын. Не его, но Сталина. И теперь он должен был стать для него отцом.
— Яков, — сказал Сергей, стараясь, чтобы голос звучал тепло, но не слишком мягко. Он знал, что Сталин был строгим, и не хотел вызывать подозрений.
Яков обернулся, его взгляд был настороженным.
— Здравствуй, отец, — сказал он тихо, почти шепотом. — Я приехал из Тифлиса, как ты просил.
Сергей указал на стул, стараясь двигаться уверенно, как человек, привыкший командовать.
— Садись. Расскажи, как дела.
Яков сел, его руки нервно сжимали край стола. Сергей заметил, как подросток избегает его взгляда. Он вспомнил, что читал о Якове: сложные отношения с отцом, чувство одиночества, стремление доказать свою значимость. Сергей, как юрист, привыкший к переговорам, решил подойти к разговору осторожно, как к клиенту, которого нужно расположить.
— Как учеба? — спросил он, стараясь, чтобы вопрос звучал естественно. — Что хочешь делать дальше?
Яков пожал плечами, но его глаза слегка оживились.
— Учусь нормально, — сказал он, его голос был ровным, но с ноткой тоски. — В Тифлисе скучно. Хочу перевестись в московскую школу. Может, математику изучать. Или инженерное дело. Не знаю пока.
Сергей улыбнулся, вспомнив, как сам в 15 лет мечтал о чем-то большем, чем оставаться в Новосибирске. Он хотел уехать в Москву, доказать себе и другим, что он чего-то стоит. Может, Яков чувствовал то же самое?