А я ведь уже обращал внимание на этого слона в комнате, но но действительно осознал его размеры только сейчас. Я, блин, НЕУТОМИМ!

И с этого момента я словил то, что игрожуры называют модным в геймерских кругах словом «флоу»! Отрешившись от неизбежного факта, что вскоре мои силы иссякнут и бой затягивать нельзя, я полностью погрузился в поток нашей, не побоюсь этого слова, дуэли, а лишившееся лишнего страха сознание принялось думать, как решить эту головоломку. Уклониться, отскочить, шагнуть под удар… Страшно? Нет, ведь в следующий момент тварь не сможет изогнуться так, чтобы достать меня прямо под собой. Вновь отпрыгнуть, шагнуть в сторону, ткнуть мечом, чтобы не расслаблялся.

В конце концов, так оно и решилось. План действий оформился у меня в голове и решение было принято. Отскочив от твари в очередной раз, я закричал в небо:

— Лия! Мне снова нужно оружие! — новый уворот от следующей атаки бешеной мебели. — По очереди! Копьё!

И уже через половину минуты на глаза попалось воткнувшееся в землю ещё светящееся и слегка запачканное кровью дворянки запрошенное оружие. Потом извинюсь перед госпожой Тир Аман и принесу ей целый мешок мандаринок!

Перекат от очередного удара сундука, короткая пробежка и вот мимик с разбега напарывается днищем своей головы на четырёхгранное лезвие. Уворачиваюсь от болезненного взмаха лапой, выгибаю деревянное древко и обламываю его чуть ли не у самого полностью скрывшегося в сундуке кончика. Теперь у твари стопроцентно нет половины здоровья, а сама она тщетно пытается достать обломок своими уже излишне длинными и негибкими ручищами.

— Топор! — рычу я и секира, которой я когда-то расчленял тушу паучихи материализуется прямо передо мной, мимоходом восхитив точностью Лии. Тут же срываюсь с места и, пока тварь всё ещё пытается выдернуть острие копья из своего «подбородка», с двух рук наношу рубящий удар прямо в колено монстра. Топор не вязнет, но сустав оказывается прорублен чуть ли не на две трети! Такое быстро не затянется!

Сундук заваливается «замком» вперёд, не успев выставить перед собой свои грабли и начинает сучить всеми конечностями, но меня уже не остановить. Таким же образом подрубаю ему левую руку у самого плеча, затем отпрыгиваю от неуклюжего замаха и повторяю процедуру до тех пор, пока конечность не упала безвольным бревном, ещё больше обездвижив живую ловушку.

Тварь рычала, сипела и хрипела, вздымая под крышкой фонтаны пыли, но теряла здоровье и ничего сделать больше не могла. Затем настала очередь здоровой ноги, топор падал и поднимался, как хищный метроном, пока все конечности сундука не отлетели в сторону. Последним настала очередь самого сундука, уже начавшего отращивать короткие лапки заново. Топор завяз в его туше и последние удары уже по обнулившейся шкале здоровья были нанесены так же материализовавшейся уже без приказа булавой.