Последние слова вырвались почти на одном дыхании. Вейт замер, не решаясь поднять глаза, и лишь громко потянул за верхние пуговицы рубахи, ослабляя ворот, который внезапно показался невыносимо тесным.
«Я смог… Я действительно сказал это. А если она откажет? Если рассмеётся?»
Мелисса удивлённо посмотрела на него. Совсем не этого она ожидала от робкого юноши, который ещё мгновение назад не смел поднять на неё глаза. Мальчишка, красневший от одного взгляда девушки, теперь просил взять его туда, куда редко решались отправиться даже бывалые воины. В его просьбе было что-то наивное, почти детское, но вместе с тем она требовала немалой смелости. Принцесса невольно задержала на нём взгляд.
— Очень интересно… — негромко протянула она, задумчиво склонив голову.
Солнце играло бликами на медных чайниках, выставленных у лавки жестянщика. Воздух в торговом районе пах дымом от жаровен, где шипели лепёшки, сладким жареным миндалём и пыльной пряностью корицы и кардамона, что висела тяжёлыми связками у лавки торговца. У прилавка с тканями разгорался нешуточный спор, два купца с красными лицами тыкали пальцами в разостланный рулон шёлка, а рядом стайка ребятишек с визгом носилась между лотками, путаясь под ногами у взрослых.
Бернар шагал медленно и тяжело. Каждый его шаг отдавался в боку болью, заставляя его сосредоточиться лишь на одном — дышать ровно и не споткнуться о неровные камни мостовой. Он шёл, уткнув взгляд в землю, и вдруг перед ним мелькнула чья-то тень, и он едва успел поднять голову, увидев хрупкую девушку, почти целиком скрытую за горой картонных коробок. Она несла свой груз очень осторожно, с вытянутыми перед собой руками, которые от напряжения мелко дрожали, и вся эта шаткая конструкция угрожающе кренилась то вправо, то влево, словно вот-вот рухнет.
— Посторонись! — донёсся её приглушённый крик из-за стопки, но было уже поздно.
Лёгкий ветерок, пахнущий корицей и карамелью, донёсся с площади, и этого дуновения хватило, чтобы нарушить хрупкое равновесие. Девушка пошатнулась, коробки закачались с ещё большей амплитудой, и в следующий миг она всей своей ношей врезалась в Бернара. Он инстинктивно подставил руки, пытаясь удержать и её, и груз, но от резкого движения в боку вспыхнула острая боль, заставившая его скривиться и с силой выдохнуть сквозь стиснутые зубы.
— Простите! — первый её испуганный возглас прозвучал, когда коробки наконец с грохотом посыпались на мостовую. Она откинула со лба мешающие пряди каштановых волос, открыв круглое, испуганное лицо, всё в россыпи веснушек. Её губы, которые она в испуге прикусила, побелели по краям. — Вы ранены?