Северин медленно повернулся к Марку. Лицо его оставалось бесстрастным, но в глубине глаз промелькнуло нечто, похожее на сострадание.
— Тебе нужен человек, которому семья Люсьена безоговорочно верит.
— И вы знаете такого?
— Знаю одну женщину, — ответил Северин и добавил:
— И знаю, где она часто бывает. В театре.
И Марк впервые услышал имя, которому суждено было перевернуть его жизнь — Элен.
****
Прежде чем представить Марка обществу, в котором случайных людей не принимали даже на порог, Северин отвёз его в один из старейших магазинов Вальмонта.
За широкими витринами, среди манекенов в безукоризненно скроенных костюмах, царил особый порядок. Тёмное дерево, латунные ручки, высокие зеркала и ровные ряды рубашек создавали впечатление, будто здесь не торговали одеждой, а готовили человека к вступлению в иной круг жизни.
За прилавком из полированного дерева стояли две молодые продавщицы. Одна, с короткими светлыми волосами, смотрела на Марка с нескрываемым любопытством. Другая, темноволосая, держалась сдержаннее и внимательно следила за тем, как на нём сидит каждая новая вещь.
Глава 11. Последняя из дома Лоран
В Лавене, под крышей дома Лоранов, Анна сидела у высокого окна. За стеклом темнел сад, и знакомые деревья постепенно сливались в одну тёмную массу. В комнатах было тихо. Где-то внизу Нина убирала после ужина, изредка звякала посуда, скрипела половица, но эти привычные звуки лишь острее напоминали Анне, как мало людей теперь оставалось в доме.
Кира ушла первой. Следом исчез Марк. Анну тревожило, что он пытался вернуть Киру, но о том, что с ним стало и удалось ли ему чего-нибудь добиться, она ничего не знала.
Она прижала ладонь к холодному стеклу. Ещё недавно ей казалось, что семья — это нечто само собой разумеющееся: можно поссориться, разойтись по комнатам, не договорить, но утром всё равно снова оказаться родными людьми. Теперь привычный порядок распался, и Анна не могла понять, в какой момент это произошло.
Страшнее всего было то, что никто не запирал дверей и не удерживал близких силой. Каждый уходил сам. И оттого Анне было не на кого сердиться, некого обвинять — оставалось лишь смотреть на дом и пытаться понять, что ещё удерживает его от окончательной пустоты.
Она перевела взгляд на тёмный сад, где ветви деревьев чернели на фоне бледного неба. Ей вспомнились слова отца: в трудные времена не стоит полагаться лишь на собственное понимание происходящего. Иногда рядом есть люди, которым известно гораздо больше, — нужно только суметь их найти и понять, кому можно довериться.