У Рузвельта было противоречивое отношение к бомбардировкам вражеских городов. Публично он это осуждал, в глубине души — поддерживал. 4 августа 1941 года он сделал заявление, которое зафиксировал министр финансов Генри Моргентау (эта цитата приводится у Конрада Крейна): «Единственный способ победить Гитлера — тот, о котором я говорил англичанам, но они меня не слушают. Я постоянно предлагал им послать сотню самолетов на германские военные объекты, с тем чтобы десяток из них сбросили бомбы на мелкие города, которые не бомбили прежде. Там в каждом городе найдется какой-нибудь завод. Это единственный способ подорвать моральный дух немцев».

К 1943 году количество погибших дошло до колоссальной цифры, и цифра эта продолжала расти. В последний год войны Соединенные Штаты потеряли больше людей, чем за все остальное время.

Генерал Дуглас Макартур ненавидел зажигательные бомбардировки. Один из его помощников записал, что генерал называл их «одним из самых безжалостных и варварских способов убийства мирного населения в истории». Макартур подверг свои войска опасности и потерял немало солдат, чтобы защитить мирное население и не бомбить гражданские цели — даже сегодня это его решение многие считают ошибочным.

Самые влиятельные люди мира оказались неспособными остановить маховик жестокости. Генерал Джордж Маршалл и военный министр Генри Стимсон не одобряли происходящего, но остановить это не могли. Стимсон говорил, что физик Роберт Оппенгеймер считал отвратительным безразличие американского общества к зажигательным бомбардировкам и истреблению мирного населения — он не призывал к прекращению боевых действий, но его беспокоило то, что людей это совершенно не тревожит.

Признаком безумия было то, что те же самые люди, которые разрабатывали стратегию прицельных бомбардировок, потому что общественное мнение до войны не хотело мириться с убийством женщин и детей, к 1944 году позабыли о своих намерениях. Впрочем, в городах находилось много военных целей, и если стереть с лица земли целый город, то вместе с ним погибали и военные объекты тоже.

Япония совершила ошибку, которая дорого ей обошлась. В этой стране промышленные предприятия располагались в городах. В каждом районе японского города находилась небольшая фабрика — такое рассеивание не позволило бы бомбардировщикам уничтожить военную промышленность одним ударом. Естественно, что подобный подход послужил прекрасным оправданием для самых жестоких бомбардировок.

Кроме того, развитие технологии позволяло военным физически дистанцироваться от нанесенного ущерба. Специалист по военной психологии подполковник Дейв Гроссман пишет, что расстояние облегчает убийство. Чем дальше человек от цели, тем легче ему убивать. Ничего из того, что произошло в Японии, Германии и Британии, не случилось бы, если бы солдатам пришлось делать то же самое собственными руками.