— Ничего супер-нового в этом, пока, не будет, — успокоил его Саша, — это будет использование известного способа по новому назначению. В качестве прототипа используем метод определения ревматоидного фактора латексной агглютинации предложенный еще в тысяча девятьсот пятьдесят шестом году. Метод уже в это время широко известный. Только вместо гамма-глобулина человека мы посадим на частицы латекса антитела к хорионическому гонадотропину. Они будут реагировать с ним в моче женщин и давать видимую агглютинацию, или просветление мутного раствора реагента!

— А в чем отличие от того, что предложила эта женщина? — спросила Катя. — Мы не украдем ее идею?

— Нет! Во-первых, она не предложила никакого нового метода. Она же дизайнер, а не медик! Она предложила использовать уже известную и разработанную — не ею — реакцию пассивной гемагглютинации, где на консервированные эритроциты барана посадили антитела к хорионическому гонадотропину. Ее заслуга состоит в том, что она вместо больших отдельных пробирок, в которой шла реакция, предложила использовать небольшие пластиковые. Ну это, как в наше время был такой миллиардер Маск. Он предложил электромобили, которые ездили на электричестве вместо двигателя внутреннего сгорания.

— И что? — спросила бабушка Кати с интересом.

— Ничего! Это был обыкновенный электро-погрузчик, как на любом складе. Новым было только оформление. Старое содержание в новой оболочке. Но шуму было много! Так вот, мы заменим эритроциты барана на частицы латекса! Это позволит нам сократить время проведения теста с нескольких часов до считанных минут.

— Почему? — заинтересованно спросила Катя.

— Потом что эритроциты в пробирке садятся несколько часов. Если реакция положительная, они садятся в виде зонтика. А если отрицательная, то в виде точки. Частицы латекса дают реакцию в течении десятков секунд. И пробирка не нужна. Реакция будет идти на кусочке картона.

— Здорово! И хорошо, что это отличается от того, что предложила эта бедная девушка. Ее и так обокрала эта жадная компания! — с воодушевлением произнесла его жена. — Но что для этого нам нужно?

— Нужны частицы латекса, но они уже производятся нашей промышленностью. Сам хорионический гонадотропин и антитела к нему.

— А где мы их возьмем? — не унималась будущее лицо академической группы.

— Хорионический гонадотропин мы получим из мочи беременных женщин. А потом этим выделенным и очищенным гормоном будем иммунизировать лабораторных животных. Нам понадобится виварий, Сергей Порфирьевич.

— А каких животных? — спросила Катя.