Приехав к обеду к дому егеря, они застали его дома. Внимательно выслушав их, он покачал головой:

— Гиблое там место! — сказал он. — Наши туда не ходят.

— Почему гиблое? — спросил Саша.

— Людей там побили в городище много, души неупокоенные бродят, — серьезно ответил егерь, — и чертовщина всякая творится.

— А что за чертовщина? — спросил Медведь.

— Охотники говорят, тигр там живет.

— Ну и что? Тут тигры везде живут! — возразил Медведь.

— Это непростой тигр! — хмуро пробурчал егерь. — Это бессмертный тигр! Он охраняет ту замлю от чужаков. Говорят, — он понизил голос, — в него вселилась душа старого шамана — того племени.

— Это как? — удивился старый академик.

— А так! Сколько в природе живет тигр?

— В зоопарке — до двадцати-двадцати пяти лет, — уверенно ответил дедушка Кати.

— Правильно! — подтвердил егерь. — А в дикой природе в два раза меньше. А этот тигр уже живет больше пятидесяти лет! Не меньше! Он из-за такой длинной жизни стал очень умным, очень хитрым и очень опасным.

Саша и Сергей Порфирьевич незаметно переглянулись. Похоже история старого вождя с Цветком Жизни была не простой сказкой.

— Подожди, — недоверчиво сказал Медведь, — с чего ты решил, что он живет так долго? Ты что, у него паспорт с датой рождения проверял? — и он рассмеялся.

— Ничего смешного в этом нет, — обиделся егерь, — у это тигра есть особая примета.

— Какая? — спросил Саша.

— У него хвост белый. Такого хвоста больше ни у кого из тигров нет.

— И что? Мало ли какая мутация у него может быть, — ответил старый академик.

— Не в хвосте дело. Просто этого тигра первый раз увидел — шестьдесят лет назад — мой дед! А потом и мой отец! И я его видел несколько лет назад. Мой дед и отец уже умерли, а этот тигр все живет! — ответил егерь.

— А ты что там делал? — спросил Медведь.

— Приезжали из прокуратуры. Дело о массовом убийстве, за истечением срока давности, хотели закрыть, ну и попросили меня их туда проводить. На городище это.

— И что? — спросил нетерпеливо Саша.

— Ничего. Мы не дошли. По тайге пешкодралом городские не очень могут идти, — усмехнулся егерь. — Вышли рано утром. Прокурор — толстый боров — через час уже выдохся. Его помощницы, две девки, тоже. К обеду развернулись и пришли обратно. Он попросил мня самому туда сходить, дал фотоаппарат снимки сделать, денег пообещал, ну и помощь прокурорскую, если что. Ну мне деваться-то некуда было, с ним только свяжись. Они остались тут отдыхать, а я пошел.

— Ничего себе! — только и сказал Медведь.

— Это все ерунда. Слушай дальше. Туда дорога была еще так себе. Пару раз с хозяином тайги столкнулся, а волков видел всего несколько раз.