— Ты только посмотри на них, — раздался вдруг за спиной знакомый голос. — Советники, Предводитель, глава аранов, шаманы! Даже Правитель, и тот тут. Ух, от концентрации тени воздух прям дрожит!

— Ты ж не можешь её видеть, — с усмешкой проговорил Хэлмираш, оборачиваясь к скалящемуся в улыбке Дармину.

— У меня достаточно хорошее воображение, друг, — хмыкнул тот в ответ. — Но, согласись, впечатляет. И все они тут по её сущность, — лысый кивнул в сторону Ноат. — Удивительная женщина.

Хэлмираш перевёл взгляд на жену, на дочь, которая уже проснулась и тянула ручки из коляски… На мгновение в груди сдавило от невыносимого желания оказаться рядом с женой и дочерью, послать к зоргам песчаным этот дворец, охрану, работу… Подчиняясь какому-то наитию, ушёл на внешний слой защитной системы, окидывая своим вниманием всю лужайку разом. Перед его взором оракула предстала целая паутина связей. И от тех личностей, которые интересовали его в первую очередь, большая часть нитей сходилась на… Ноат. Взгляды, направления мыслей, колебания тени, слова и передвижения. Все они обвивали ее, словно коконом.

Хэлмираш моргнул, возвращаясь в реальность. Даарен, Триг, Даамар с Хираном, Энсаадар — все они, находясь рядом с Ноат, покрывали её частицами тени. Сильнее, чем её саму, тень укрывала только коляску с их дочерью. Немного подобной защиты было на Майе, Ликаарде и Тигре. А через мгновение Хэлмираш, вновь заглянув в систему, с удивлением осознал, что и на нём самом есть ограждающий след демонической магии. Вся его семья была под их защитой. А ведь Даамар уже когда-то говорил ему об этом, но страж как-то не принял всё настолько буквально.

Смотря на отошедшую к дочери Ноат, на её домашнюю улыбку, Хэлмираш вдруг понял, что устал. Чудовищно устал от дворца, от придворных, от их склок и разборок, от приёмов, от императорских выездов и вообще от императорской четы в непосредственной близости от себя. От вечного контроля и вечного слежения за системой, которая пусть и была поставлена им, но доработана Тальяном, а потому не так проста в использовании.

Мельком взглянул на Ликаарда через призму системы охраны, принимая решение. Сын был глухим пятном, не читаемый и не пробиваемый, как и любой член императорской семьи. А ведь Ли прав, он уже под самой лучшей защитой, которая только может быть. Лучше просто некуда. Да, во дворце Хэлмираш имел привилегии, мог лучше приглядывать за Ноат, используя самые лучшие артефакты, но… Он сам себе обещал, что будет здесь до тех пор, пока в нём будет необходимость. А теперь страж нужен был совсем в другом месте, не как охрана, а как муж и отец.