Страж не совсем понял, о чём говорил шаман, но расспрашивать не стал. Немного посидев, Хэлмираш заставил себя вернуться к работе. И проработал до самого вечера на голом упорстве, только потом вернулся домой. Где наконец смог выдохнуть, видя своих девочек живыми и здоровыми. Правда, Ноат опять обзавелась татуировками… но, по словам Энсаадара, это особого влияния не оказывало. Видя его состояние, занесённая тут же взяла главенство, вручную его раздев, размяв и накормив, приведя в нормальное расположение духа. А Хэлмираш в очередной раз подивился её способности создавать неуловимое чувство домашнего уюта, в котором страж невольно ослаблял свою хватку на потребности всё контролировать.

Но всё изменилось одним вечером. Ничего не предвещало беды, как вдруг, сидя на кровати и уже готовясь ко сну, Хэлмираш услышал из-за спины:

— Айн, сможешь раздобыть для меня приглашение на приём, когда приедет алларская делегация? Мне сказали, что при твоём нынешнем каком-то титуле это вполне реально, — Ноат говорила так легко и просто, словно просила прогуляться в дворцовом парке.

Хэлмираш закаменел от одной только мысли, что жена окажется во дворце под прицельным взглядом судьи и прибывших алларов, от которых непонятно чего ожидать.

— Зачем тебе? — заставил себя говорить страж, вместо того, чтобы сразу рявкнуть, что такого никогда не сделает. — Ли будет в полной безопасности. Твоё присутствие не нужно, — добавил рублеными фразами, всё ещё лелея надежду, что для Ноат это просто откуда-то взявшаяся блажь.

— Я не сомневаюсь в твоих способностях обеспечивать охрану нашего сына, — произнесла она с легкомысленным смешком.

В этот момент Хэлмирашу захотелось открыть портал в тюрьму Академии, да там Ноат и поселить. Яростная мысль упрятать её поглубже, чтобы никогда больше подобных просьб у неё не было. Согласится он на такое, конечно, своими руками сдать её тем, кто может навредить с поразительной лёгкостью! Но промолчал, задавил, запихал обратно внутрь всё то, что хотелось сказать в этот момент.

На окаменевшие плечи вдруг легли холодные руки, обвили.

— Хакет попросил присмотреть за Ани, — проговорила Ноат уже совсем другим тоном. — Её пытались похитить. А император этот факт игнорит, требует её на подписание документов.

— И с каких пор ты работаешь телохранителем? — щека, рассечённая шрамом, непроизвольно дёрнулась. Стоял бы Хакет тут прямо сейчас — страж свернул бы ему шею. Свою-то жену он охраной обеспечил, а Ноат решил отдать на заклание⁈

— Айн, ну ты чего? — кажется, до занесённой начало доходить его внутреннее состояние. — Вот куда я с этим денусь? — она продемонстрировала браслет с заклинанием слежения. — Ты всегда будешь знать, где я.