Удар в гонг оповестил о начале второго полуфинала. Учитывая, что у меня было две цели: победить и потянуть время, я выбрала такую же стратегию, как и в первом поединке с Олегом. То есть накрылась куполом, не особо затратным в плане духовной энергии, и стала выжидать. Вот только… Прошла минута, вторая, третья, а Пётр стоял на месте, буравя меня взглядом и, кажется, даже не планируя нападать.

— Что такое? Неужто великий Пётр Шереметьев боится хилой девчонки? Наш с Олегом бой так сильно вас впечатлил, дорогой брат? — мой ехидный голос разнёсся по затихшим трибунам.

К сожалению, Пётр никак не отреагировал на мою провокацию. Я надеялась разозлить его, как и Олега, вынудив бездумно напасть, однако ничего не вышло. Впрочем, чему тут удивляться? Пусть в прошлом я и не была особо знакома с этим кадром, все отзывались о нём, как о довольно смышленом наследнике Александра. Нет ничего странного в том, что он решил не повторять глупость своего младшего брата. Но что же он задумал? Надеялся измотать меня, чтобы потом, когда я устану, пробить барьер? Однако он даже не знает, стоит у меня сейчас этот самый барьер или нет; ведь я могла просто блефовать.

Тогда что? Может, Пётр вообще не планировал нападать и надеялся свести поединок к проверке магических источников? Очень похоже, что так и есть. Вот только мне это на руку. После испытания на острове чудищ мой духовный источник увеличился в два раза, и вряд ли Пётр сможет что-то противопоставить этому факту. Тем не менее, почему он смотрел на меня с таким превосходством и уверенностью? После моего боя с Олегом как он может быть убеждён в своей победе? Мне это совсем не нравилось.

Минутку. А кто будет проверять наши источники? Наверняка лучшие маги-целители. Другими словами, обычные люди, с которыми можно заранее договориться, и которых можно банально подкупить. Никто не усомнится, если они скажут, что Пётр победил: как-никак, он старше, и у него было куда больше времени для того, чтобы развить свой источник. Чёрт! Это слишком опасно. Я просто не могла так рисковать!

Зрители выкрикивали злобные комментарии, однако мне было глубоко плевать на их мнение. Понятное дело, они были недовольны отсутствием действия на арене и хотели увидеть настоящее зрелище. Что же, это их проблемы. Единственное, что меня сейчас волновало — это Пётр. Как же быть? Такими темпами я могла вылететь с турнира по собственной глупости! Но складывалось ощущение, что он специально вынуждал меня атаковать. Не хотелось играть по его правилам, однако с другой стороны, почему нет? Мои преимущества так никуда и не делись.