— Атакуйте его по ногам, но только по задним! — скомандовал я големам. — Я отвлеку его на себя!

И они, синхронно кивнув, устремились навстречу монстру с двух флангов. Я же, покрыв тело каменной бронёй, а один кулак еще и лавой, тоже ринулся вперёд. Вскоре я столкнулся с козлом лицом к лицу и начал методично обрабатывать его морду кулаком с одной стороны и чакрамом с другой, стремясь разрушить защитный барьер.

— Беа! — горному козлу это пришлось не по нраву, и он сначала мощно боднул меня, а затем, встав на задние копыта подобно боевому коню, со всей яростью лягнул меня в грудь.

Несмотря же на каменную защиту, от такого удара у меня, кажется, хрустнуло ребро. Хотя нет, не кажется — острая боль пронзила грудь, и я отлетел на приличное расстояние. И в голове мелькнула мысль, что сейчас он добьет меня ударами копыт по голове или вгрызётся в лицо своими клыками. Но Росток молниеносно опутал его задние ноги лианами, а Твердолоб обрушил на монстра шквал сокрушительных ударов.

И я уже было подумал, что у нас появился шанс попытаться его одолеть, да не тут-то было… От одного из ударов у козла немного подогнулась нога, и Твердолоб, нанося следующий, попал ему по пузу кулаком. И вдруг горный козлина обгадился круглыми какашками — видимо, давно в себе держал. И я тут понял, что сейчас оглохну окончательно…

Какашка попала Твердолобу на голову, и он, словно на медленной перемотке, посмотрел на меня слезливым взглядом. Но если Росток успел закрыть себе уши, то я — нет. Так что, я через секунду услышал оглушительный визг своего каменного голема.

Он маленький, но визг стоял такой, что, казалось, от звуковой волны случится оползень. И вот, мой Твердолобик, вздрагивая, разрыдался крокодильими слезами. В этот момент он походил на плачущего младенца. А почему он плачет? Да потому, что у него тоже есть своя фобия — копрофобия она называется — боязнь кала. И откуда она у него, я совсем не представляю. С фобиями вообще, часто так — их причины не всегда понятны даже у людей.

Пришлось мне отозвать Твердолоба, иначе, ещё немного времени и он получил бы психологическую травму, возможно замкнулся, а потом, что с ним делать, мне не совсем известно, да и проблемы только лишние с ним. И что самое паршивое — у козла защитный барьер, до сих пор так и не пострадал. Потому, отдав последний приказ Ростку — задержать лианами монстра, я подбежал к Саше и потряс её за плечи.

— Вставай, нам нужно бежать дальше! — резко бросил ей.

Она кивнула, и мы помчались со всех ног, а Ростка я попросту потом отозвал. И бежим мы, значит, а я еще на бегу умудряюсь и чакрам бросать в преследующего нас козла.