— Сладкая смерть! — прокричала она и открыла огонь по зелёному шрамированному.

Тот уклонился, а его пламя преобразилось в ярко-красное и он метнул огненный шар в сторону Саши.

— Твердолоб! — я указал на шар с точностью снайпера.

И каменный голем подпрыгнул и идеальным ударом ноги отбил огненный шар обратно в зелёного шрамированного. Тот едва успел увернуться. Даша же тем временем окуталась облаком тёмной материи и выстрелила из арбалета в мужчину с крестообразным шрамом. Болт, напитанный тёмной энергией, с легкостью пробил его защиту.

— Ааргх! — вскрикнул он. — Вы заплатите за это цену, которую не сможете вынести!

А его вороний скелет, тонкий и зловещий спикировал на Дашу, но Лена встала перед ней, выставив шпагу. Синее пламя охватило клинок и она одним движением создала армию огненных воинов, которые бросились на скелета.

— Костя, они слишком сильны! — крикнула Юля, отбиваясь мечом от атак тигра с отчаянием утопающего.

И я лихорадочно соображал, мысли метались в черепной коробке, как тараканы при включении света. Мой взгляд упал на летающий аппарат, и в голове сформировался план, холодный и расчётливый.

— Кислинка! — позвал я. — Растопи основание их аппарата.

Зелёный голем кивнул с пониманием и выплюнул струю кислоты на металлическую конструкцию. Та начала шипеть и плавиться.

— Что ты задумал? — спросила Даша, отбиваясь от атаки зелёного шрамированного.

— Сейчас увидишь! — ответил я с ухмылкой на лице. — Росток, подготовь почву под ними, как для могилы!

Земляной голем погрузил руки в землю, и та начала становиться мягкой, превращаясь в трясину, готовую принять новых постояльцев.

Шрамированные не понимали, что происходит, продолжая с упорством атаковать нас.

— Ветерок! — прошептал я. — Создай воронку над аппаратом.

Невидимый воздушный голем издал зловещий смешок, словно сама смерть прошептала что-то забавное в пустоту. Его незримые руки сплели из ветра смертоносную воронку, вздымающую расплавленный металл к небесам.

— Сосулька, заморозь воздух вокруг этих тварей! — рявкнул я голему.

И почти сразу воздух вокруг шрамированных начал твердеть, превращаясь в хрустальную тюрьму. Их движения замедлились, как у мух в застывшей смоле. Время для них становилось вязким, не податливым.

— А теперь, Красный! — я указал на обездвиженных противников.

Лавовый голем всё понял без лишних слов. Его раскалённый кулак обрушился на землю с такой силой, что, казалось, сама реальность треснула. Волна вспученной почвы подбросила шрамированных в воздух, прямо в объятия металлического вихря.

— Солнышко, ослепи этих ублюдков!