Тут Феодораксис сообразил наконец, что чуть не ляпнул, и заткнулся. Но физкультурник за него «благородно» закончил фразу:

— Девушки, ты хотел сказать? — Абармов демонстративно оглядел зло сощурившуюся, но смолчавшую польку, саркастически усмехающуюся африканку и Мирен. — Хм… Пожалуй, стоит устроить наглядную демонстрацию, пока есть возможность. Все за мной.

Инструктор вывел подопечных из тира через одну из постоянно закрытых дверей в стене. Короткая лестница, узкий, явно служебный проход, по стенам и потолку которого тянулись многочисленные кабели и разнокалиберные трубы. Поворот, ещё поворот, ещё одна дверь… и уже нормальный подземный коридор. Очень знакомый Нанао коридор.

— Олег Валентинович, мы идем… наружу? — догнав учителя, тихо спросила Ми. Тихо-то тихо, но услышали все — и вразнобой напряглись.

— Хотел сделать сюрприз, — слегка разочарованно признался Абрамов. — Да, мы идём во внешний мир. Не стоит беспокоиться: я в курсе, что ты и Войде не были снаружи, но я смотрел ваши медкарты. И для тебя, и для неё выход за границы холда совершенно точно не представляет опасности, а вот новый опыт будет чрезвычайно полезен.

— А… это надолго? — в медкарте, разумеется, ничего не было сказано про телепатический канал связи, имеющий магическое происхождение.

— Несколько суток точно, — русский с довольным лицом вслушался в эмоциональные высказывания за спиной и уточнил, — может, и дольше. А то кое-кто тут у нас себя суперменами возомнили… Вот и посмотрим, кто чего стоит.

Черт! Чё-ёрт!

— Ми!!! — судя по эмпатии, отговорить бывшего спецназовца будет нереально. Без использования шарма, в смысле.

— Я готова, — суккуба сосредоточилась, её сила была готова ударить по оппонентам. Одно усилие — и все решат, что лучше вернуться в холд. Одно усилие… и многочисленные камеры под потолком зафиксируют, что проходящая группа себя очень странно повела. Да и Абрамов спустя пару-тройку часов точно задаст вопрос, что это ему взбрело в голову отменить испытание. Куроку добрый и по-своему честный, но наверняка феноменом игнорирования действия зеркал заинтересуется очень сильно. А как же иначе — ведь это поставит под угрозу его план. Заставить говорить он сможет кого угодно — а суккубу даже пытать не надо, достаточно надавить сверхъестественно-сильной волей. И всё, конец всему.

— Ми… Если связь не восстановится…

— Я найду тебя!

— Мы найдём тебя, — уверенно пообещала Куроцуки.

Дальше я бессильно и отстранённо наблюдал, как приближается шлюз, заполненный туманом. Двери распахнулись, пропуская группу, секунда дезориентации — и уже выход и эскалатор, знакомый по воспоминаниям Нанао. Сначала то, что я вижу из глаз Мирен, начинает выцветать и отдаляться, теряет детали и чёткость. Я перестаю слышать мысли суккубы и юки-онны, окончательно пропадает превратившийся в череду неярких световых пятен видеопоток. Ещё несколько секунд слышу эмоции… И всё. Тишина.