Ближе к Кикино Юрка повёл аккуратнее. Помахал дежурным у ворот и свернул на объездную дорогу. Деревню миновали быстро — погода стоит сухая, дорога укатана… Выбравшись на участок, ведущий к лесу, напарник опять прибавил скорость.

— Ну зачем так гнать-то, — послышался сзади недовольный — и очень знакомый! — голос после прыжка машины на очередной кочке.

Юрка рывком замедлил скорость и обернулся, и только тут до меня дошло, что слышу это не я один. Ещё несколько мгновений — и машина встала.

— Ну ни фига ж себе, — присвистнул напарник, и только тут и я рискнул обернуться.

Люба была всё в том же сиреневом платье и в туфлях на высоком каблуке — в грузовом отсеке Юркиного ГАЗика она смотрелась как принцесса, сидящая в телеге с сеном. Правда, даже здесь, сидя на скамье из кожзама, Люба выглядела величественно. Да ещё и этот запах сирени…

— Мальчики, ну мы едем, или что? — капризным тоном поинтересовалась она.

— Найдёнов, это и есть твой злой дух? — уточнил Юрка. Я молча кивнул.

— Ну да, такую фиг изгонишь, — резюмировал напарник. — Любк, а ты похорошела с тех пор, как мы тебя в Управу везли… С чего в этот раз решила с нами?

— Вы обаятельные, — очаровательно улыбнулась женщина. — Берёте меня с собой?

— А ты не боишься, что и тебя сожрут, и нас заодно? — не удержался я. Воплощение Любы в план как-то не вписывалось, но зная её — можно быть уверенным, что теперь уж точно не отвяжется.

— Разве можно сожрать тень тени? — улыбка Любы стала настолько обворожительной, что мне казалось — секунда, и я прыгну к ней. — Я же всего лишь отражение.

Вот ведь зараза… Совершенно непробиваемая. Но и наваждение откатило, словно волна отошла.

— Поехали, что с тобой делать, — Юрка отвернулся от женщины, чуть повернул руль, трогаясь с места. — Найдёнов, можешь пока её развлечь.

— Она сама кого угодно развлечёт, — буркнул я, тоже отворачиваясь, и услышал, как за спиной чуть хрипловато засмеялась Люба.

М-да. Ну и компашка у нас… Каращук сдохнет от зависти, если узнает. Точнее — когда узнает. Потому что уверен — знать он в итоге будет всё от и до, ибо должность такая.

Машина, урча двигателем, поднималась по заросшей дороге на холм, к тому месту, которое в городе именовали Двугорьем — правда, «там, у нас». Да, теперь, в отличие от прошлого визита сюда, я это помню. Не знаю, прижилось ли тут старое название…

Запах сирени усилился, мне на плечи легли ладони — значит, Люба пересела поближе.

— Ты не думаешь, что как раз из-за тебя у нас сейчас ничего не получится? — сделал я очередную попытку. На самом деле, поначалу хотелось сказать «не боишься», но это уж совсем некстати — и так ясно, что Люба вряд ли боится испортить чьи-то планы. Если испортит — то совершенно спокойно, бровью не поведёт.