Внедорожник словно с гранитной скалой столкнулся, его подбросило вверх и несколько раз перевернуло, прежде чем он встал назад на колеса. Надежно прикованные ремнями безопасности друзья испытали сильную нагрузку, но не пострадали, а вот другим не так сильно повезло. Водилу спереди сильно приложило головой о потолок кабины, ни ремни безопасности, ни шлем не помогли ему. Он безвольно обвис в кресле.
Айвану повезло больше. Он тоже основательно приложился головой о потолок, на некоторое время он потерял сознание, но быстро очнулся, застонал, обернулся, чтобы убедиться, что с пассажирами ничего не случилось. Изпод шлема на лицо стекала кровь.
Марк с трудом выдавил из себя улыбку, пытаясь успокоить Айвана. Хотя какой там к черту успокоить. Попали они в серьезный переплет. Судя по вытянувшимся физиономиям Ветра и Борсена, они разделяли его опасения.
— Какого лешего? Чего это было? — выдавил из себя Лумир Борсен. — Вашему бы водиле за такую езду щупальца оторвать с концами.
Айван склонился к водителю и попытался нащупать пульс на шее. Отрицательно покачал головой.
— Похоже, водиле уже нечего отрывать. Я же говорил, неспокойно у нас тут.
— Это что же за охренеть как неспокойно. Пока мы отбивались от ихоров, что у вас тут произошло? — возмутился Марк.
— Бунт на корабле. Пока князь Волк находится в командировке, вместе с господином Шустриком, в городе начался бунт. Бунтовщики призывают к миру с ихорами. Параллельно с этими пацифистскими лозунгами, они вооружились и начали открытое боевое противостояние с отрядами полиции. Пока мы ездили за вами, видно, ситуация несколько ухудшилась, — сообщил Айван.
— Это ты называешь несколько ухудшилась? — фыркнул Лумир Борсен. — Да они нам только что задницу надрали.
— Не кипятись, Лум, сейчас выберемся наружу и решим, кто еще кому задницу надрал, — сказал примирительно Марк. — Нам бы чтонибудь стреляющее, а то против бунтовщиков с одними шпагами както неудобно.
— Посмотрите под сиденьями, там пристегнуты запасные автоматы, — сказал Айван. — Как вооружитесь, дайте знать, будем выбираться отсюда.
Весь вечер Лех Шустрик не мог найти себе места. Отчеты, поступающие из различных отделов Тайной службы, внушали беспокойство. Сводки ему не нравились, но он ничего не мог с этим поделать. А самая тяжелая головная боль была связана с другим.
Проект «Титаны» был успешно разморожен. Первые корабли со дня на день должны были сойти со стапелей и выйти в открытый космос. Это могло обойтись и без личной инспекции князя, но Одинцов настоял на ней, и Лех Шустрик вынужден был согласиться. Хотя отрываться от дел и лететь на орбитальную платформу «Северный крест» очень уж не хотелось. Чутье матерого зверя подсказывало Леху, что чтото вскоре должно было произойти, и лучше если это случится под его контролем. Но если уж Волк что захотел, то тут других вариантов быть не могло. Надо достать срочно, и выполнить все, что приказано.