Лже-король кивал башкой, отягощенной очень правильной короной, и держал перед собой парадный меч — держал как мухобойку, то ли по причине слабости рук, то ли основываясь на соображениях «строгой документальности».

…Промелькнули растерянные стражники, выбежавший из башни десятник, шарахнувшиеся и вжавшиеся в стену пешие путники… фургон влетел в арку ворот и через миг уже пылил по дороге.

— Замок догорает, а они стоят как чучела! — проорал назад разгневанный «лорд-кастелян», опасно повисая на дуге тента. — Всем «неуд»! И дороги у вас — просто жуть какая-то!

Фургон одолел подъем, свернул на боковую малоезжую дорогу, здесь беглецы нырнули в лощину, выкатились в низкорослые заросли. Хха оглянулся:

— Погони нет?

— Куда там. До сих пор соображают, что это было — ухмыльнулся Маар.

Сейчас мелкий оборотень и впрямь был мелким — мальчишка-подросток, годами не старше сказителя и Трик, руки в лубках, только не зеленые. Надо признать, так он выглядел посимпатичнее недавнего короля и прочих превращений.

Не-шаман дал усталым коням замедлить шаг, сунул вожжи оборотнихе и полез назад. Все помалкивали, леди Си тоже не сопротивлялась. Под взглядами племени Хха все же постеснялся вышвыривать девку как шелудивую городскую шлюшку. Подхватил под мышки — пахнуло духами и ядовитым замковым дымом — спустил с задка фургона, поставил на дорогу. Сдернул с пояса второй кошель с серебром, с силой швырнул под ноги. Девка лишь крепче прижала к себе богатый дорожный мешок и подумала «Спасибо, что своими вонючими деньгами девушке лоб не расшиб. Животное тупое. А что у тебя за стекла на лбу? Эффектно. Зачем стекляшки одноглазому? Не важно. Все равно тебя найду».

— Только попробуй! — вслух пригрозил Хха, сдергивая со лба защитные стекла и ужасаясь тому, как хорошо слышит ее мысли. Ведь замковая шмонда куда мерзостней любой шалой кобылы, так отчего она так четко понимается?

В тишине Хха вернулся на козлы и подбодрил лошадей. Экипаж устало заскрипел, сквозь это скрип донесся шепот сказителя, поясняющего Трик — «Чувства у них. Я тебе потом расскажу». Не-шаману немедля захотелось оставить на дороге и этого болтуна, а девчонке прокричать, что нет и не было никаких чувств, с такими как Си, только одно чувство и случается, то, которое и чувством не назовешь.

— Шмонда с воза, меринам легче, — пробормотала главная оборотниха, забирая у не-шамана защитные стекляшки, и обернулась к индейцам. — Эй, молодежь, куда рулим? Где табун и прочие ценности заякорены?

— Сейчас на взгорок, а потом чуть ближе к городу взять и вдоль реки, — пояснила Трик. — Это недалеко, мы с Ноэ тут все знаем.