Откровенничать с Колывановым не входило в мои планы. Незачем чужому мне человеку знать тайны Рода. Английская разведка обязательно уцепится за факт разлуки родителей, когда я ещё грудничком был. Да и Мстиславские не откажутся заполучить в свои руки тайну появления у меня анти-Дара. Мне вдруг пришла в голову мысль: а ведь ритуал со статуэткой проводил Омрын. Если они прознают, что этот шаман приложил руку к появлению Антимага, то постараются его выкрасть. Надо этот вопрос обсудить с отцом.

Магистр с надеждой смотрел на меня, думая, что я поведаю нечто такое, что поможет ему написать новую диссертацию. Пожимаю плечами.

— Родители ничего не рассказывали. Не хотели, видимо, расстраивать.

Колыванов почесал пальцем переносицу, смешно сморщив нос.

— Я только предполагаю. Активатором антимагии мог стать какой-то триггер. Возможно, вы переживали, что вокруг вас все что-то чувствуют, оперируют Стихийными силами. Или кто-то сильно обидел вас, обозвав «пустышкой».

Я снисходительно улыбнулся. Теории магистра Колыванова мне показались надуманными, кроме последней. Тут куратор «Лиги» попал в яблочко, не целясь. Вот почему я постарался своими эмоциями увести размышления магистра в иную сторону. Нет, кое-какие мысли могли помочь в понимании антимагических процессов, но саму суть он не понял. Да и не мудрено. Откуда учёному знать, как себя ведёт антимагия? Об этом может сказать только носитель. А таковых в мире нет, или их ничтожно мало. Ясно, почему англичане схватились за возможность переманить меня к себе.

Василий Егорович заметил мою усмешку и нахмурился.

— Я сказал что-то смешное, Андрей Георгиевич? Или в моих рассуждениях закралась какая-то фундаментальная ошибка?

— Прошу прощения, Василий Егорович, — я приложил ладонь к сердцу, показывая искренность своих слов. — Ваши исследования достойны уважения, правда. За неимением носителя анти-Дара вы провели очень серьёзные теоретические изыскания. Мне было очень интересно узнать, каким образом, по вашему мнению, антимагия появляется у людей.

— Это интересно всему учёному миру, — пробурчал Витольд. — Вот почему мы очень хотим заняться изучением носителя в самой современной лаборатории. Если согласитесь переехать в Англию, вы получите всё для комфортной и спокойной жизни.

— На стажировку? — уточнил я.

— Нет. На полный срок обучения. А там заинтересованные в вас люди помогут построить завод для бронекостюмов. Будете заниматься своим любимым делом.

— То есть навсегда.

— У вас никто не отнимает русское подданство, — пожал плечами Витольд. — А с двумя паспортами вы можете свободно перемещаться по миру.