— Врёшь, — спокойно сказал я. — Стрелял человек в коричневом полушубке. У меня со зрением всё в порядке. Можно по отпечатку ауры определить, кто держал дробовик.

— Так если знаешь, князь, чего спрашиваешь? — глаза Карпа потускнели, но он их не отводил в сторону. Смелый.

— Ну, я же имя твоего сына или приятеля не знаю, — пожимаю плечами. — В любом случае это тайной не останется. Поражаюсь вашей безрассудности. Понимаете, чем грозит подобный демарш?

— На каторгу не упекут, и то ладно.

— А вот на прииск «Скорбный» отец тебя вместе с сыновьями и дружками без колебаний определит, — вмешался в разговор Антон. — Вижу, знаешь, что за объект такой?

— Наслышан, — неохотно ответил Карп. — А остальных-то за что? Охотничья лицензия есть у каждого. Обвиняйте меня в стрельбе, а сыновей отпустите.

— Экий ты ловкий, — усмехнулся Антон. — Виновник, значит, будет вкусно кушать, девок щупать, похохатывать, а ты за него горбатиться на «Скорбном» пару-тройку сезонов? Все пойдёте. Коллективная ответственность — слышал?

— Да как так-то? — вскинулся Федулов, но сразу же замер, ощутив движение Буяна и Куана за своей спиной.

— Или назови имя заказчика, — воспользовался моментом Антон.

— Что? — растерялся охотник. — Э… ааа, какой заказчик?

— Ты же не идиот, Карп Титыч, — Витька пристально поглядел на мужика, — понимаешь, как якуты и эвенки относятся к белой росомахе. Если узнают, что ты хотел её добыть, тебе рядом с ними не жить. Даже на «Скорбном» достанут.

— Только вот пугать не надо, князь, — Карп искривил губы в улыбке. — Мы тоже не лыком шиты, нас на рогатину не насадишь.

— Давай так, Федулов, — откинулся на спинку стула Антон и покрутил шеей, словно разминая мышцы. — Я прощу ваше безрассудство и не буду предъявлять претензию. Но ты мне назовёшь имя заказчика.

Карп погрузился в молчаливое раздумье, что подтверждало версию Витьки. Заказ был. Даже интересно стало, кто захотел шапку из меха белой росомахи сшить. На шубу-то не хватит.

— Впрочем, можешь упорствовать. У нас гостит Мать-Орлица, — умело поддавил Антон. — Хочешь, позовём её сюда? Она проведёт обряд, сами всё выложите.

— Не о княжне ли из борогонского Рода речь идёт? — удивился Карп.

— О ней самой, — подтвердил я. — Поверьте, Карп Титыч, у неё хватит сил распознать ложь. И этого будет достаточно, чтобы выбрать для вас наказание.

— Я не нарушал законов, — Федулов яростно сжал бороду.

— Врёшь, Титыч, — Антону, кажется, надоело выжимать из задержанного желание идти на сотрудничество. — Ты нарушил закон на землях князя Мамонова. Стрелял кто-то из вас по его сыновьям? Стрелял. Это покушение на убийство высокородного аристо. Значит, будете сидеть до приезда Георгия Яковлевича, пока он сам не определит степень наказания.