Пролог.
Страница 6 из 167
Настройки чтения
18px
1.8
1

Пролог.

Страница 6
камня и дешёвого табака. Они сидели втроём в комнате над лавкой, где днём продавали специи, а ночью передавали информацию, за которую люди умирали без некрологов. С ним были Громов и Лис.Громов на самом деле был невысоким и лысеющим, за что кличка казалась издевательством. Но удар у него был такой, что однажды он выбил дверь плечом и потом искренне удивлялся, почему дверь обиделась. Лис был рыжим, худым, улыбчивым и настолько лживым по лицу, что ему доверяли все. Великий талант: выглядеть человеком, который вот-вот проиграет в карты, пока уже держишь весь стол за горло.Они выжили тогда чудом, хотя Ветров всегда говорил, что чудо — это плохо посчитанная подготовка. Информатор сдал их. Выход перекрыли. На лестнице стояли двое, во дворе ещё трое. Лис улыбался, как продавец арбузов. Громов шептал, что если прыгать со второго этажа, то лучше на того толстого. Антон считал шаги, расстояние, пули, время, дыхание.Потом было быстро.Стекло. Крик. Запах крови. Удар о землю. Боль в ребре. Чей-то локоть под рукой, короткий рывок, хруст, чужое тело обмякло. Громов матерился так вдохновенно, что даже стреляли по нему с уважением. Лис, кажется, успел украсть у одного из нападавших часы. Потом они бежали через переулок, потом через двор с бельём, потом через крышу, где Антон впервые за сутки засмеялся.Не потому что было смешно.Просто они опять были живы.Таких ночей было много. Слишком много, чтобы рассказывать о них врачам, случайным знакомым или женщинам, которые спрашивали: «Почему ты никогда не говоришь о прошлом?» Потому что прошлое, если открыть дверь, не входило аккуратно. Оно валилось внутрь сапогами, в грязи, с оружием, с мёртвыми лицами тех, кого не удалось вытащить.Он помнил холодную реку, в которой они лежали по горло в воде, пока над берегом ходили люди с фонарями. Помнил, как Лис шептал сквозь зубы: «Если я выживу, женюсь на первой женщине, которая даст мне горячий борщ». Выжил. Женился на балерине, которая борщ варить не умела, зато могла одним взглядом заставить Лиса вынести мусор. Арсений считал это высшей формой справедливости.Он помнил горы, где воздух резал лёгкие, а снег забивался под воротник. Помнил мальчишку-проводника с глазами старика, который вывел их через тропу, где взрослые боялись идти. Помнил, как Громов нёс раненого радиста двенадцать километров и потом три дня не мог поднять руки. Помнил запах пороха в закрытом помещении. Помнил вкус крови, когда приходилось молчать с разбитой губой.И помнил день, когда погиб настоящий Арсений Ветров.Не красиво.Настоящие
назадназад
1 ... 4 5 6 7 8 ... 167
впередвперед