— Дак а как же он один то управляться со всем хозяйством станет? Ни женки, ни детей, ни холопьев.

— С тем тоже есть мысль. Завтра суд будет. С неделю назад кузнец Богдан повздорил с соседом да в драке ударил его смертным боем. Дознание тому проведено, завтра судный день, платить ему виру в сорок гривен. А ты сказывал, что хочешь выкупить кого нибудь в помощники.

— Дороговатый закуп получится. Сорок гривен — сто двадцать рублей, шутка ли. Да у меня и нет таких то денег, чтобы вместе с подворьем… — возмутился было Виктор, но тут же поспешил осадить самого себя. — Прости, воевода батюшка. Но эдак мне никакого прибытку. Можно выкупить закупа куда дешевле.

— А ты не торопись, — ухмыльнулся боярин. И откуда только терпение вот так запросто беседовать с человеком, стоящим настолько низко на социальной лестнице? — По закону первым делом виновный должен будет ответить не только головой, но и имуществом своим. Подворье Богдана — в Кузнечной слободке, и оно будет изъято. Цена ему уже выставлена — двадцать шесть гривен, и останется ему уплатить четырнадцать. С чего платить, коли за душой более ничего нет?

— Семья с ним вместе в закупы пойдет.

— Верно, иначе им погибель. А там женка, дочка шестнадцати годов да сын четырнадцати, уже помощники. Но главное — это кузнец, причем не худой и с ученым подмастерьем. — Воевода потянулся и поднялся. Виктор также поспешил поднять свое седалище. — Так что думай, скоморох. Если хочешь изменить жизнь, то лучшего случая у тебя не будет, а нет… На нет и суда нет. Коли увижу тебя завтра на судилище, все разрешится к твоей пользе.

Обменявшись взглядами со стариком, Световид как то хитро усмехнулся и оставил его наедине с Волковым. Вот только Волков этого перегляда не заметил. По всему выходило, что Авось улыбается ему во все свои тридцать два зуба или сколько их там у богов, но поверить в это было сложно. Уж больно все одно к одному, а бесплатный сыр известно где бывает, хотя не такой уж он и бесплатный. Впрочем, возможно, и нет тут никакого второго дна или подтекста. Ну хочет боярин озолотить спасителя своего сына и может сделать это, используя свое служебное положение, причем ни разу не погрешив против истины. Так почему бы Виктору не принять предложение?

В самом начале пути заполучить не просто помощника, но кузнеца, имеющего навыки работы с металлом, дорогого стоит, потому как из Виктора коваль был прямо таки никакой, все же это совсем иная специальность. Ему, конечно, легче овладеть такими навыками, чем кому иному, но если есть готовый мастер, это совсем другое дело.