Далее тосты произносил распорядитель — за Империю, за Императора, за здравие августейшей семьи, за наследника принца Сергея… Василисе под каждый тост наливали в бокал сока, она делала несколько глотков и ставила обратно, надеясь, что это не является каким-нибудь жутким нарушением этикета.

— Вась, — сказал, не выдержав, Данька, — ну что ты сидишь, как будто шкворень проглотила! Поешь уже.

— Я стесняюсь, — прошипела Васька уголком рта. — На меня все смотрят.

— Нет, они пялятся на меня, потому что про меня кино сняли, и на Одри, потому что прошёл слух, что она императорская внучка. На тебя всем плевать, ешь спокойно.

— Точно?

— Точно. Ты думаешь, что они начнут показывать пальцами и смеяться, если ты возьмёшь не ту вилку?

— Ну, не так буквально…

— Вась, это придворные. Если ты станцуешь голой на столе, у них даже глаз не дёрнется. Кроме того, мы сегодня отсюда уедем, и ты никогда больше этих людей не увидишь. Тебе не все равно, что они о тебе думают?

— Наверное, ты прав. Но я, пожалуй, не буду танцевать голой на столе. Я не очень хорошо танцую.

Васька вздохнула и решительно потянулась к блюду с пирогом, который гипнотизировала последние полчаса.

— Уф, как я налопалась! — сказала довольно Одри, откинувшись на спинку стула. — В жизни не ела столько вкусного сразу! А чего все на меня так пялятся?

— Не обращай внимания, дитя, — сказал ей император. — Ты выше условностей. Да, если тебя будут спрашивать, а не дочь ли ты принцессы Ольги — а они обязательно будут, — не говори ни да, ни нет. Молчи и загадочно улыбайся. Сможешь?

— Запросто!

— Умничка, я в тебе не сомневался. Сохраним интригу до выхода сериала.

Когда официальная часть закончилась, гости разбрелись по залу, а люди с камерами буквально накинулись на Даньку и Одри. Издали Васька не слышала, о чём их спрашивали, но видела, что Даниил держится ровно, отвечает терпеливо и с достоинством, а Одри, кажется, глумится и хихикает. Развлекается, как может. Когда она отвлекается от мыслей о погибших родителях, то видно, что это весьма позитивный ребёнок. Был раньше.

«Вряд ли она когда-нибудь сможет забыть случившееся, — думала Василиса. — Теперь эта рана с ней на всю жизнь».

Девочка надеялась, что до неё никому дела не будет, но всё же какая-то ушлая корреспондентка, отчаявшись протолкаться к главным героям дня, решила, что лучше что-то, чем ничего.

— Скажите, кем вы приходитесь принцу Даниилу? — решительно спросила она сходу.

— Никем. Просто случайная спутница.

— О, так вы сторонница свободных отношений?

Василисе сразу захотелось корреспондентку чем-нибудь стукнуть, но она сдержалась.