— Обижаете.

— Предупреждаю. И глушилки есть? А то пойдёт ещё выброс…

— Несомненно…

— Знаете, — Ульяна проводила демона взглядом. — Вот у меня порой такое чувство, что я брежу.

— Только порой? — Данила сел и подвинул к себе банку. — Вкусная штука. Ошизеть просто… интересно, а поставки можно будет наладить?

— Ты серьёзно? Это ж демон!

— Ага, юриспруденции, бюрократии и занудства, — согласился Мелецкий, зачёрпывая варенье. — Но ведь вкусное же! Слушай, а если рот зажать, то…

Из ноздрей вырвались пучки огня и запахло жжёным волосом.

— Чтоб… — Мелецкий рукой накрыл переносицу и прогнусавил. — Теперь чешется…

Дурдом.

Определённо.

— Я, наверное, и вправду отдыхать, — Игорёк встал. — Никитку найду только. А с договорами — это хорошая идея. Может, хоть один скинуть получится.

Вот только какой?

Утро началось с птичьих трелей.

Птиц в округе было много. Ульяна, тихо застонав, попыталась спрятать голову под подушкой, но лежать так было неудобно, а ещё трели проникали и сквозь подушку.

— Уль, а ты уже проснулась?

Спрашивать, откуда в комнате взялась Ляля, было, наверное, бессмысленно.

Взялась и взялась.

— Нет, — сказала Ульяна. Надежда, что кузина поверит и уйдёт, решивши не мучить и без того измученного человека, не оправдалась:

— А там твои женихи тебя делят.

— Когда поделят, тогда и приду.

— Демон предлагает совместное владение, а Данька против. Данька предлагает дать демону в морду, но тот говорит, что битие морд юридической силы не имеет, если, конечно, уголовный кодекс не применять. Но Уголовный и Гражданский кодекс — это разное. Он такой миленький!

— Кодекс? — Ульяна подушку приподняла.

— Демон… просто лапочка… так и хочется пожмякать. Ты не против?

— Я? Нет. Но он может быть против, — Ульяна стянула подушку и осознала, что вставать придётся, пока они там не подписали чего-нибудь этакого, про совместное владение и задолженность супружескую.

— Думаешь? — Ляля натянула лазурные шортики, густо усыпанные стразами и искусственным жемчугом. Коротенькую маечку она подвязала под грудью.

Так.

Стоп.

— У тебя грудь выросла? — Ульяна подавила зевок и потянулась. А спалось-то хорошо. Дождь шелестел, гремел и нашёптывал. Она и отключилась-то сразу.

— Заметила⁈ — Ляля счастливо приподняла то, чего вчера ещё не было. — Это пуш-ап! Если не трогать, то как настоящий! Я ещё внутрь носков засунула, а то если без них, то как-то перекашивает. Хотя и так перекашивает, но не очень заметно. Слушай, может, не носков? Я вот подумала, что если взять один и внутрь гречки насыпать? Носки ж тянутся… а гречка — полезная.

— Эм, — Ульяна даже растерялась от такой логики. — Полезная, если есть. А если в лифчике носить, то шелестеть будет. Представь, обнимаешь ты кого…