Вопрос старичка прозвучал и сразу после этого, один за одним начали исчезать, прячущиеся во мраке, тёмные силуэты иных.
— Да я тут так проездом. Вот катаюсь, ищу одну затерявшаяся вещичку — выдал Кукловод ни капельки не смутившись. — Случайно, встретил на дороге старого товарища, дай думаю спрошу, может он знает, где та штука что так мне нужна?
— Ну и как, он знает? — спросил седобородый дедуля.
— Мастер сказал, что видел, но показать где не может.
— Ну раз мастер не может, значит не может. Кто ж его сможет заставить?
Дедуля радушно улыбнулся, при этом на его одухотворённом лице проявился настоящий оскал.
— Очень жаль. Я надеялся на помощь — с расстановкой изрёк Кукловод и в этот момент несколько фонарей снова потухли.
— Хватит, уже напугались. А теперь разрешите нам откланяться, у нас ещё имеются некоторые дела — скороговоркой сказал дедуля и в этот момент на садовом кольце зажглось всё освящение.
После этого Кукловод не попрощавшись залез в «Чайку», и та с пробуксовкой тронувшись, укатила. А седобородый дедуля подошёл к Ювелиру и с укором на него посмотрел.
— Мастер, ну как же так. У меня на Ведьмака были такие планы — с сожалением проговорил он.
— Я действовал строго по пунктам трёхстороннего договора — непоколебимо ответил Ювелир и расправив плечи, без опаски окинул взглядом седобородого старикашку.
Глава 15. На дне бутылки(Первый бой)
Удар об каменные плиты арены, смягчила куча мусора, в которую я влетел. Рухнув на давно истлевшие тюки с чем-то мягким, я отпружинил и перевернувшись, с разгона разбил с десяток глиняных кувшинов, своим комсомольским телом.
После этого вокруг поднялись клубы пыли, и я услышал где-то совеем рядом журчание чего-то стремительно выливающего. Не решившись подняться сразу, я прикрыл нос, задранным воротником олимпийки, и принялся аккуратно себя общипывать на предмет обнаружения переломов.
— Вот баран! — правильно охарактеризовав своё поведение, во время беседы с Ювелиром, я сплюнул, набившийся в рот песок.
Переломов костей я не нащупал, зато явственно ощутил, что расшиб битыми горшками левое плечо и нижнюю часть спины. Пыль начала оседать, и я наконец смог увидеть, что с хлюпаньем выливается. Между развороченными тюками, стоял огромный, теперь расколотый кувшин, из которого растекалось нечто тёмно-бордовое и пахнущее чем-то слабоалкогольным.
С трудом поднявшись, я осмотрел проглядывающийся сквозь оседающую пыль стену арены и тут внезапно вспомнил, что, наблюдая сверху, видел некую страхолюдную букашку. Это заставило меня вскочить как ужаленному и развернуться. И как оказывается сделал я это весьма вовремя.